Развитие производительных сил страны обусловливает рост других отраслей естественно-научных знаний; геологии, металлургии, химии (неорганической и органической), физики, биологии, астрономии, что находит свое отражение в литературе того времени.

В этом отношении чрезвычайно характерной является литература «еретиков» — жидовствующих, представителей передовой общественной мысли на Руси конца XV — начала XVI в.

Жидовствующие перевели на русский язык «Шестокрыл» — астрономическое сочинение ученого XIV в. Иммануила-бен-Якоба, содержащее в себе таблицы, основанные на математической астрономии; и астрономия у жидовствующих превалирует над астрологией. Жидовствующие изучали «Тайная Тайных» или «Аристотелевы врата», сочинения типа энциклопедии, содержащие в себе сведения из различных отраслей науки, перевели сочинение философа и врача Моисея Египтянина о логике и метафизике, включающее в себя много философских, математических и физических понятий. Интересно отметить, что неизвестный переводчик этого сочинения впервые применяет русские термины для обозначения различных понятий: «роженая» — умозаключение, «душевенство» — дух, «гиюль» — материя, «держитель» — субъект, «одержанный» — объект, «снур» — линия, «треснурно» — треугольник, «плоть» — тело, «простор» — поверхность. Жидовствующие знали и изучали Эвклидову геометрию, проповедовали физиологию и медицину Гиппократа, Аристотеля, Галена, занимались формальной логикой и диалектикой.

Русские люди иначе стали осмыслять небесные явления и в отличие от своих предков XI–XIII вв. перестали связывать явления комет, падение болидов, затмения Солнца и Луны, северное сияние и тому подобные «знамения» с какими-нибудь событиями земной жизни, чаще всего ограничиваясь лишь описанием, нередко точным и детальным, самого явления. Летописцы XIV–XVI вв. то описывают, как «по многи нощи видяху человеци аки столпы по небу, небо черлено, аки кроваво», то рассказывают, что «бысть буря велиа с вихром, и туча страшная зело с дождем и з градом великим чрез обычай», причем в первом случае летописец пытается объяснить природу северного сияния, уловить связь между ним и тем видом, который приняли окружающие предметы, а во втором стремится дать объяснение различным типам молний, их происхождению и действию на людей.

В Никоновской летописи под 1472 г. мы читаем о «хвостатой» звезде, «луч от нее долог велми, толст, светел, светлее самые звезды». Комета шла с востока на запад, «а луч от нее вперед протяжеся, а конець луча того аки хвост великиа птицы распростерт». Это уже наблюдение, достойное астронома, вынужденного невооруженным глазом следить за небосводом. Наблюдения точны, верны, подробны.