Создавали свои произведения Иосиф Волоцкий и Нил Сорский, митрополит Даниил и Вассиан Патрикеев.

Особенно выделяются среди «книжных» людей конца XIV — начала XVI в. Епифаний Премудрый и Максим Грек.

Начитанный и образованный, знающий греческий и другие языки, много путешествовавший по странам Востока, Епифаний Премудрый в своих сочинениях показал исключительную эрудицию. Он хорошо знал житийную и историческую литературу, богословие и географию, был знаком с произведениями многих древних и средневековых ученых и писателей. Язык Епифания пышный и торжественный, полный лиризма и поэзии.

Максим Грек учился в Венеции, Флоренции, Париже, изучал богословие и философию, литературу и историю, знал латынь, французский и итальянский языки. В России Максим Грек проделал не только большую работу по переводам, но и выступал ревностным поборником нестяжательства, изобличал «латынские ереси» и «иудейское зловерие», «еллинское нечестие» и «огарянскую прелесть», ополчался против астрологии, писал проповеди и публицистические сочинения, философские и богословские трактаты, филологические изыскания, делал переводы, перекладывал молитвы на стихи. Более полутораста произведений оставил после себя этот «богохранимой Русской державы доброхотный и прилежнейший богомолец», горячо полюбивший Россию и ее народ, грек, для которого Русь стала второй, страстно любимой родиной. Его влияние было огромно. Среди его учеников Дмитрий Герасимов и Василий Власов (Власий), бояре Федор Карпов и Берсень-Беклемишев, князья Андрей Холмский, Андрей Курбский, Иван Токмак, монахи Нил Курлятев и Зиновий Отенский, дьяк Федор Жареный и другие. Как видно из приведенного, среди учеников и почитателей Максима Грека много представителей консервативного боярства, к лагерю которых он примкнул, отстаивая идеи нестяжателей, но в их числе и такие, как Дмитрий Герасимов и Василий Власов, а влияние его испытал на себе замечательный публицист XVI в. Ермолай-Еразм. Глубоко уважал «святогорского инока» и Иван Грозный.

Выход Руси на арену активной внешнеполитической деятельности вызвал интерес к истории и политической жизни других стран. Так, появились приведенные выше сказание о «Мутьянском» воеводе Дракуле, повесть о взятии турками в 1453 г. Царьграда, принадлежащая Нестору-Искандеру, включающая в себя пророчество Льва Премудрого о грядущем освобождении Константинополя «русым» народом, «Повесть о царице Динаре», прообразом которой явилась грузинская царица Тамара (1184–1212 гг.), «Повесть о Петре, царевиче ордынском», принявшем христианство, и др.