Одним словом, продать книгу «в твердый счет» за треть той средней цены, которую можно наметить, изучив предложения на антикварном рынке, – это несомненная удача. Если бы мы с коллегой в 1990‐х годах покупали на выручаемые средства что угодно, но только не антикварные книги, мы бы ныне были много благополучнее.
При этом, конечно, нынешняя практика антикварной книжной торговли демонстрирует иные соотношения: когда «слепая старушка» приходит в антикварный магазин сдавать книгу, мало кто ей предложит треть от некоей средней цены аналогичного экземпляра на книжном рынке. Особенно в данном смысле славится город Ленина, где продать книгу хотя бы за 10% ее цены – архитрудное дело, обычно это 5%, а у сдатчика остается впечатление, что ему сделали большое одолжение, «вообще купив такое барахло». Но тут уже более сила традиции, чем текущего момента.
Но вернемся к извечному вопросу «Сколько стоит антикварная книга?». Вообще-то опытные букинисты имеют на этот счет готовый ответ – «ровно столько, сколько за нее готов заплатить конкретный покупатель». Но, скажете вы, мы видели в каталоге аукциона H. M. Sdatchik’s, что эта книга продана за 5 тысяч английских фунтов, вот и ее цена! Однако надо огорчить вас, потому что тот человек, который отвалил за книгу эти деньги (еще и 20–30% байер-премия сверху вдобавок), уже ее себе купил. «Но кто-то же ведь с ним торговался», – спросите вы. Да, в тот момент; и вам предложат: «Может быть, тогда вам самому отправиться на поиски этого человека?»
К тому же не всегда в аукционном каталоге стоит продажная цена – там ведь обычно стоит estimate, то есть примерная оценка книги, как себе ее представляет эксперт аукционного дома (тут есть широкое поле для разнообразных толкований). И, вероятно, можно брать в расчет и оценочные суммы аукционных каталогов, и даже цены продаж, однако: а) в случае продажи мы не знаем, продана ли книга реально или ее только «протянули» для вида, и б) торговля шла за конкретный экземпляр и в конкретный момент времени. Следовательно, прямое сравнение с аукционными ценами – контрпродуктивно. Почему? Потому что «эксперт», который говорит: «На аукционе H. M. Sdatchik’s в Лондоне книга была выставлена с оценкой 1800–2000 фунтов, таким образом, реальная цена вашей не менее 1500 фунтов», может быть, и считает аукционный каталог высшим арбитром, но, повторимся, «реальная цена» книги – это та, которую за нее готовы заплатить.
Выходит, скажете, какая-то ерунда: книги продаются дорого, но если человек захочет продать свою книгу, ему этого сделать не удается или вероятность удачи очень мала, а получить треть – милость с небес. В общем-то это правда, потому что не зря существует огромная отрасль мирового рынка под названием «антикварная торговля», где сидят люди, которые наполнены знаниями, причем большую часть этих знаний невозможно почерпнуть ни в одном университете мира. Исходя из своих знаний и интуиции, эти люди «покупают подешевле – продают подороже» и этими знаниями и умениями кормят и себя, и свой аукционный дом или антикварный магазин.