Еще один момент – некоторые темы или направления неожиданно могут начать рост в цене, что объясняется или неминуемым повышением цен на антиквариат, или же, вдобавок, и конъюнктурой. И вот здесь порой так бывает, что, купив книгу за 100 тысяч рублей, ты через три года можешь продать ее за миллион. Угадать такое будущее возвышение – особое искусство, плюс, конечно, его величество случай. Однако представьте себя на месте сдатчика: сегодня ты отдаешь на аукцион книгу, и ее продают за 100 тысяч рублей, ты получаешь свою сумму минус комиссионные аукциона и радостно тратишь на что хочешь. Проходит три года, и ты случайно видишь точно свой экземпляр, пусть слегка отреставрированный, но описанный не «абы как», с дежурным «редкость», а с высоким профессионализмом, с оборотами «музейное значение», и продается «твоя» книга уже за миллион. И, безусловно, коли такое случится, то раз это ваша книга, значит, и вы тоже могли бы получить миллион, «если бы вас не обманул аукцион». Вроде бы эта позиция и понятна, и даже вызывает сочувствие.

Но это большое заблуждение, и даже не потому, что сдатчик сам продал книгу за 100 тысяч и о большем не думал, а потому, что это была добровольная сделка и даже открытая для других желающих. Сравним с более жизненной ситуацией: некто решил продать квартиру, дал объявление и в результате продал за 100 тысяч рублей; покупатель сделал в ней ремонт, выждал положенные три года, за которые цены вдруг взмахнули вверх, и выставил (или даже продал) эту же, бывшую вашу квартиру уже за миллион. Неужели это значит, что покупатель изначально надул владельца? Нет, ничуть. Он в тот момент заплатил рыночную стоимость, и вы добровольно продали ему свое имущество. Просто за несколько лет конъюнктура изменилась настолько, что цена книги/квартиры возросла, а реставрация/ремонт позволили представить товар в наиболее выгодном свете.

Однако же опять вернемся к риторическому вопросу о стоимости антикварной книги уже в другом аспекте: как многие знают из средств массовой информации, нередко органы правды и добра фиксируют правонарушения, связанные либо с хищением, либо с незаконным перемещением антикварных книг через госграницу. Почти всегда нас окатывают ледяным ушатом цифр, в которых оцениваются эти книжные сокровища. Откуда же эти цифры? А цифры эти от «экспертов», причем такой эксперт намного значительнее любого ученого-книговеда или антиквара-букиниста (которые, увы, тоже не равны по своим профессиональным навыкам; этические качества вообще не будем тут трогать, чтобы не испортить рассказ). Органы добра и правды тоже можно понять: им всегда (ну или почти всегда) требуется, чтобы изъятые издания были дорогие (потому что нужно, чтоб в «особо крупных») и, уж естественно, обладали культурной ценностью (если «особой», тоже неплохо). Кто же будет писать заключения на гору трухи, чтобы с такими вот выводами? Работа эта не то чтобы приятная, не то чтобы легкая; да и тот человек, который очень хорошо квалифицирован в области антикварной книги, не сидит в качестве штатного эксперта. Поэтому будет работать эксперт среднестатистический. Он откроет один или второй интернет-ресурс, посмотрит статистику продаж или даже наличие аналогов, и вот уже цифра готова. Собственно, наверное, иного выхода и нет – потому что на дурацкий (протокольный) вопрос, которым является «средняя рыночная стоимость антикварной книги», должен быть и протокольный ответ: «по данным из сети Интернет и статистике продаж – столько-то».