Аминь.

О необходимом единстве членов церкви, как и членов тела

О необходимом единстве членов церкви, как и членов тела

Тело же не из одного члена, но из многих. Если нога скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не рука, то неужели она потому не принадлежит к телу? И если ухо скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не глаз, то неужели оно потому не принадлежит к телу? Если все тело глаз, то где слух? Если все слух, то где обоняние? (1 Кор. 12, 14–17).

Святой апостол Павел сравнивает, сопоставляет Церковь Христову с телом человеческим. Он говорит здесь о различных членах тела для того, чтобы научить нас, как отдельным членам Церкви Христовой надлежит относиться друг к другу, как надлежит правильно понимать свое положение в Церкви. Церковь должна быть единой, Церковь должна быть духовным организмом, в котором все члены, все те, кто составляет ее, должны находиться в тесном, неразрывном единении и соподчинении.

Немногие из вас знакомы с медициной, но кто знаком, тот знает, как изумительно соотношение отдельных органов нашего тела, как многосторонни те связи, которые объединяют их. Все тело живет нормальной, здоровой жизнью только когда все члены, все органы тела правильно функционируют. Ибо глубока, поразительна связь между отдельными органами нашего тела: малейшее нарушение в одном органе неизбежно отзывается на всех других органах. И только тогда тело живет здоровой, нормальной жизнью, когда все органы, находящиеся в физической связи между собой, исполняют свое назначение, когда ничем не нарушаются их функции и взаимная связь между ними. А как только нарушится как только выйдет из строя один орган тела, начинается расстройство во всем теле.

Святой апостол Павел медицины не изучал, но получил глубокую мудрость от Духа Святого. Не зная медицины, он глубоко понимал все, что говорю я сейчас: он глубоко понимал, что в Церкви, как и во всякой общественной организации, должен быть стройный порядок и полное соподчинение. Он довольно образно изображает бунт между отдельными органами тела: один орган восстает на другой. Нога протестует, почему она не рука, зачем она стоит ниже, чем рука, и исполняет менее тонкие функции, чем рука. Нога бунтует, нога недовольна, и она говорит: не желаю принадлежать к телу, не желаю быть ниже руки. И неужели поэтому она перестанет принадлежать к телу? Нет, она останется в теле, но она бунтует, она потеряла смирение, потеряла подчинение.