782
782
Другой христолюбивый муж вопросил того же старца: Если еврей или язычник позовет меня в свой праздник на обед или пришлет мне подарки — принять ли их или нет?
† Ответ. Не принимай, ибо это противно правилам[139] Святой Церкви, и ходить к нему также не следует.
783
783
Вопрос. Как же быть, когда это человек значительный и притом друг мне, который опечалится, если я не приму его подарка, и что мне отвечать ему?
† Ответ. Скажи ему: любовь твоя знает, что боящиеся Бога должны сохранять то, что Он повелел. Сие можно видеть и из ваших собственных обычаев: ибо и ты ради твоей любви ко мне никогда не станешь нарушать заповеданного преданием вашим, и я не заключу из сего, что будто ты презрел любовь твою ко мне. И мы также имеем предание от Бога через святых отцов наших и учителей, чтобы отнюдь не вкушать ничего на празднике иноверцев. Итак, сим я отнюдь не оскорбляю должную любовь к тебе.
784
784
Вопрос. Некоторые из иноверцев — люди торговые и продают товары в свои праздники: прилично ли будет покупать у них потребное для нас?
† Ответ. Не неприлично, потому что все продаваемое на торгу, по слову апостола, надлежит покупать от них для своей потребности без всякого сомнения (см. 1 Кор. 10, 25).
785
785
Один христолюбивый муж, учитель мирской мудрости, имея сына, который был близок к смерти, вопросил того же старца авву Иоанна: «Будет ли он жив или умрет?» Тот отвечал ему: «Будет жив». По слову старца, он остался в живых. По времени, когда другой его сын был также близок к смерти, он опять пришел к старцу, вопросил и об этом сыне, и старец отвечал ему: «Мы молимся, а от Бога зависит сотворить с ним милость. Принеси волю свою в жертву Богу и благодари Его за все». Услышав сие и не уразумев сущности слова и ответа, он подумал, что сын его останется в живых. И когда возвратился к нему, застал его погруженным в видение; он видел предстоящих ему святых старцев — и сказал отцу своему: видишь ли ты святых старцев, возле нас стоящих? И как отец отвечал, что не видит никого, то он сказал ему: вон они стоят и говорят мне: «Зачем отец твой приходит и уходит, беспокоя нас прошениями, чтобы ты еще пожил в теле? Мы молились о тебе Богу, и Он изрек: уже приспело время отрешиться душе его от тела». Сказав сие отцу, он продолжал: вот, отец мой, они исхитили меня из рук какого-то сарацина, который увлекал меня, и отвели меня на место весьма светлое и неизреченно прекрасное, и там увидел я невинных детей, которые сказали мне: ради прошения отца твоего мы помолились Богу, чтобы ты был назначен в это место; и вот они совершают соборную службу и приобщаются. Проговорив эти слова, он начал читать сию великую молитву: