В 1540 году король Англии Генрих VIII уменьшил число убежищ и лишил права неприкосновенности виновных в убийствах, изнасилованиях, грабителей на больших дорогах, взломщиков, поджигателей или совершивших святотатство. Предписание не отменяли в Англии вплоть до 1624 года, и даже после этого некоторые привилегии давались в Дареме и Честере. Так же как и в Пфальце, они действовали до 1697 года.
Все протестантские страны запрещали данное правило в течение своих Реформаций, некоторые дольше, чем другие. В Шотландии, хотя право в его старой форме отбросили, в Холирудпарке сохранилось как возможное убежище для должников до 1880 года.
В католических церквах правило ограничили прежде всего благодаря папе Григорию XIV, который в 1591 году отказал в нем убийцам, еретикам, предателям, разбойникам с большой дороги и грабителям церквей. Однако в некоторых случаях такие места имелись, несмотря на известные неудобства.
В церкви в швейцарском районе Бадена в 1770 году обеспечение охраны человека, обвиненного в краже рубашки и пары ботинок, стоило 1173 флорина. Несколько замкнутых территорий, особенно в Храме (крепость, построенная тамплиерами) Парижа, выжили во Франции и сохранились вплоть до революции 1789 года. Подобные места запретили в Силезии в 1743 году, в Тоскане в 1769-м, в католических германских государствах в начале XIX века.
Остатки таких правил и сегодня встречаются в католических странах. Конкордат 1929 года, заключенный между Муссолини и папой, и сегодня регулирующий Италию, предполагает, что светские чиновники не станут распространять свои функции на церкви, предварительно не уведомив церковные власти.
Как и наказания, выполняемые вследствие отлучения, право убежища соответствовало более простому по устройству обществу. Эффективность общественного правосудия сделала его ненужным.
ПРЕИМУЩЕСТВА ДУХОВЕНСТВА
В первые годы существования христианства в Римской империи (то есть со времени правления Константина Великого (правил в 306–337), который в 313 году Миланским эдиктом допустил свободное исповедание христианства. —
Почти все, кто мог читать, воспринимали подобные свободы как слабость средневекового правительства. Средневековые сюзерены делали то, что могли, чтобы ослабить воздействие таких послаблений. Ни одно эффективное правительство не могло это допускать, и новые монархи, такие как Генрих VII Английский, пытались их ликвидировать еще до Реформации.