Помимо прочего, духовенство вмешивалось в политические разногласия и подозревалось в заговорах. Реформация стала для протестантского духовенства чем-то вроде болезненного, но лечебного стимула, как произошло во время итальянской революции 1860–1870 годов, которая освободила сопротивляющееся папство от многовековой скорлупы папского государства.

ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПОЖЕРТВОВАНИЙ

Как корпорация, церковь в 1600 году была беднее, чем в 1500 году. Светские руки — королевских или муниципальных казначеев, дворян, сквайров или гражданских служащих — протягивались и набивали карманы большей частью тех вложений, что привносились средневековой набожностью.

В некоторых протестантских странах необходимость государства в церковных деньгах стала мотивом для государственной поддержки Реформации. Некоторые вложения (как казалось, — а впрочем, так и было) использовались расточительно. Верно, что в каждой стране Европы потребность в более эффективной администрации соединялась с разрушением ценности денег благодаря инфляции, продолжавшейся все столетие. Она вела к быстрому банкротству правительства и заставляла воспринимать лежавшие без употребления ресурсы церкви как возможный источник пополнения.

Швеция приняла лютеранскую реформу в основном на том основании, что страна оказалась банкротом, и государство не могло существовать без больших поступлений средств. И новые доходы обнаружились в результате крупных изъятий (поскольку, согласно каноническому закону, церковная собственность не отчуждалась), причем авторитет католической церкви страдал, когда доходы не обнаруживались.

Король Англии Генрих VIII также изыскал внутренние оправдания для осуществления своего желания сбросить власть католической церкви. Его помощник Томас Кромвель убедил короля, что он сможет обогатить свое королевство, ограбив монастыри.

Лютеранский посол Миконий, прибывший ради того, чтобы заняться богословскими переговорами с английским духовенством, оказавшимися безуспешными, впоследствии враждебно относился к королю. «Единственным устремлением короля Генриха является доход церкви. Он снимает золотые и серебряные вещи с могил святых… и лишает церковь ее владений… Таково Евангелие, которому следует Генрих». Простим резкость высказываний лютеранина, ибо в его словах — правда.

Огромные перемещения собственности складывались из конфискаций монастырских земель. В лютеранских и кальвинистских странах, за некоторым исключением, например Швеции, где сохранились останки кафедральных соборов, пожертвования епископов и собрания каноников шли рядом, переходя в собственность государства, короля или муниципалитета. Что касается монастырей, то правительства часто использовали часть епископских пожертвований на духовные нужды.