В Москве православный народ усердно молился перед Владимирской иконой Божией Матери. И неожиданно 9 октября татары поднялись и стали отходить в степь. 11 ноября 1480 года ушел и Ахмат. Летописец записал: «Бежали же татары с Угры, а были наги и босы, ободрались». Вскоре, не успев возвратиться в Орду, Ахмат был убит. С ордынским игом на Руси было покончено навсегда.

А само освобождение Руси от ордынского ига церковное и народное сознание связало с заступничеством Божией Матери от Ее Владимирской иконы. «И случилось тогда преславное чудо Святой Богородицы: когда отступили наши от берега, тогда татары, охваченные страхом, побежали, думая, что русские уступают им берег для того, чтобы биться…» — записано в одной из летописей. Да и сам великий князь всемерно «хвалил» Господа и Пречистую Богородицу за чудесное спасение от Ахматовой орды: «Пришел великий князь в Москву из Боровска и воздал хвалу Богу и Пречистой Богородице и святым чудотворцам, избавившим от поганых, и возрадовались все люди и возвеселились, и восславили Бога и Пречистую Матерь, говоря: „Ни ангелы, ни люди спасли нас, но Сам Господь, по молитвам Пречистой и всех святых“». И буквально сразу же, зимой 1480 / 81 года, был установлен новый церковный праздник в память спасения Москвы от нашествия Ахмата — 23 июня (6 июля), день второго Сретения Владимирской иконы Божией Матери, а место Стояния на Угре современники назвали «поясом Богородицы».

Молебен перед Владимирской иконой Божией Матери о спасении от нашествия Ахмата.

Миниатюра из Лицевого летописного свода. 1568–1576 гг.

И еще одно чудо от Владимирской иконы Божией Матери вошло в церковный календарь Русской Православной Церкви. Летом 1521 года в Москве стало известно, что крымский хан Мухаммед-Гирей с огромным войском стремительно движется к русским границам. У Оки войско, посланное великим князем Василием III, оказалось наголову разбито крымчаками. Орда захватчиков ринулась разорять коломенские и московские земли. Летопись так передает рассказ об этих событиях: «Начал царь (т. е. крымский хан. — C. П.) разорять Коломенские места, и разорил их, и многих взял в плен… А сам стоял на Северке (правый приток Москвы-реки. — C. П.) две недели, а войско свое распустил; и иные из них пришли изгоном к Острову, селу великого князя под Москвой, и на Угреше монастырь сожгли. А москвичи и пришедшие в Москву из уездов сидели в ту пору в городе, в осаде. Великий же князь ушел из Москвы на Волок и начал с воеводами и с людьми своими собирать войско. И узнал о том окаянный царь Махмет-Гирей, и вскоре ушел восвояси, не дожидаясь, пока великий князь соберет силы…»