Здесь явной становится двойственность искусного и неискусного. Жестокость – это стремление причинять другим людям вред; предрасположенность к тому, чтобы причинять им ненужные боль и страдания. Жестокость – это переживание крайней бесчувственности. Можно наблюдать проявления этого состояния ума на примере многочисленных актов насилия, которые имеют место по всему миру. Иногда кажется, будто жестокость заразительна, и целые народы оказываются вовлечёнными в кровавый ужас разрушения. Так произошло в Камбодже, Руанде, Дарфуре и многих других регионах мира. Бесчувственные действия – это массовое уничтожение коренных культур, насилие, связанное с рабством, и его порождение – расизм, целенаправленная жестокость гомофобии, насилие по отношению к женщинам. Масштаб и силу этого состояния ума едва ли можно переоценить.

Сострадание способно противостоять этой великой разрушительной силе. Сострадание – это глубокое стремление, проявляющееся на уровне ума и сердца, облегчить чужое страдание. Благодаря состраданию мы обретаем открытость к имеющемуся страданию, преодолеваем своё безразличие. Это сильное и глубокое чувство, побуждающее к действию. Тхить Нят Хань высказал меткую мысль: «Сострадание – это глагол». Именно это чувство побудило Бодхисаттву вступить на долгий путь, ведущий к достижению состояния будды.

В наши дни вдохновляющим примером для подражания, воплощающим благородное чувство сострадания, является Далай-лама. Он открыто говорит о трудностях, которые нас ожидают: «Сострадание и любовь – драгоценнейшие вещи, в них нет ничего сложного. Эти вещи просты, однако осуществлять их на практике – трудно» [1].

Стоит разобраться, почему такое прекрасное и благоприятное состояние трудно осуществлять на практике; внимательный анализ поможет обнаружить самые тонкие и неосознаваемые моменты жестокости, которые в нас присутствуют.

Пробуждение в себе сострадания

Пробуждение в себе сострадания

Сострадание возникает благодаря готовности воспринимать страдание. Проблема заключается в том, что, хотя мы можем стремиться быть сострадательными и нередко таковыми являемся, нам не всегда легко открываться навстречу страданию, присутствующему в настоящем моменте. Во многих случаях мы не хотим признавать свою собственную боль и открываться ей; точно так же мы нередко не хотим принимать чужую боль.

В нашем уме присутствуют сильные склонности, побуждающие нас защищаться, отстраняться, проявлять безразличие и незаинтересованность, оказываясь лицом к лицу со страданием. Такое безразличие нередко является неосознанным и представляет собой огромное препятствие, мешающее сострадательному отношению.