Глава 9 Образовательная и издательская деятельность

Глава 9

Образовательная и издательская деятельность

Представители русской церковной эмиграции внесли большой вклад в развитие богословских наук и духовного образования в различных странах, например в Югославии, Сербии, Болгарии, Венгрии, Германии. Так, основание богословского факультета Белградского университета в 1921 г. можно считать их заслугой: ранее такой факультет был запланирован, но не открыт из-за нехватки научных кадров; «в число его первых профессоров по контракту приняли пять русских»[1036]. Один из них, бывший ординарный профессор Петроградской Духовной академии Николай Никанорович Глубоковский, стал в 1923 г. создателем Богословского факультета Софийского университета и основателем новозаветного богословия в Болгарии[1037].

Другим важнейшим достижением русской церковной эмиграции явилось создание Свято-Сергиевского Православного Богословского института в Париже. История его создания тесно связана с такими организациями, как РСХД и YMCA. Истоки студенческого христианского движения следует искать еще в дореволюционных библейских кружках, которые возникли в ряде городов России после чтения лекций Дж. Мотта. В 1905 г. в Санкт-Петербурге было создано движение «Маяк», которое начало стремительно развиваться и в 1913 г. было принято во Всемирную христианскую студенческую федерацию. Президентом РСХД стал В. Ф. Марцинковский. Российское движение носило межконфессиональный характер. После революции многие его участники подверглись преследованиям со стороны большевиков, и движение в России было уничтожено[1038].

Русское студенческое христианское движение возродилось в среде российской эмиграции первой послереволюционной волны. Оно ведет свое начало с 1921 г.

В конце 1921 г. и в первой половине 1922 г. в Праге, Белграде, Софии, Париже и других университетских центрах, где скопились русские студенты-эмигранты, почти одновременно, вне прямой зависимости друг от друга, возник ряд первых студенческих христианских кружков, пытавшихся по-разному подойти к решению проблемы религиозного осмысления и оправдания жизни, – отмечает А. Л. Гуревич. – Наметившееся в кругах русской студенческой молодежи за рубежом стремление развивать и крепить личную внутреннюю жизнь усвоением Христова учения, религиозно осмыслить русскую действительность, ее прошлое и настоящее, принять на себя ответственность за судьбу культуры и церковной деятельности привело и к мысли о необходимости сближения отдельных кружков и организаций, более активной и планомерной религиозной работе среди русского студенчества. Всемирная христианская студенческая федерация откликнулась на наметившиеся планы значительной материальной поддержкой[1039].