Из-за трудного материального положения общие съезды проходили нерегулярно. Если в 20-е гг. состоялось семь съездов, то в 30-х гг. они созывались только дважды. Всей текущей работой движения (подготовкой и устройством съездов, координацией работы между отдельными центрами, издательской деятельностью и т. д.) занимался центральный секретариат. В него входили председатель движения, его заместитель, священник, казначей и центральные секретари.

С середины 20-х гг. центральный секретариат РСХД и организации, входившие в местное объединение во Франции, разместились в Париже по адресу: бульвар Монпарнас, № 10. Здесь же находились издательство русских религиозно-философских книг, редакции журналов «Путь», «Вестник РСХД», работала Религиозно-философская академия Н. А. Бердяева[1044].

Большую роль в поддержке движения сыграл уже упоминавшийся г-н Джон Мотт. А. В. Карташев пишет о Мотте «как о человеке с мировым горизонтом и старом друге русских епископов-миссионеров: святителя Тихона в Сев. Америке и архиепископа Сергия в Японии». Лекции Д. Мотта, прочитанные российским студентам (еще до революции), имели большой успех.

В № 13–14 «Церковных ведомостей» за 1924 год помещена заметка Н. Глубоковского «Д-р Джон Мотт и Православная (Русская) Церковь». В ней известный профессор пишет:

Считаю особой милостью, что пришлось лично познакомиться и беседовать с известным американцем, д-ром Джоном (Иоанном) Моттом (Dr. John Mott), главою всемирного международного комитета христианских обществ молодежи вообще и студенчества в частности. <…> Не касаюсь общих деклараций о задачах и положении всего Союза, а меня интересуют здесь исключительно отношения д-ра Мотта к нашей Православной Церкви. Таких трогательных свидетельств о сем я не слыхал даже от православнейшего по духу друга своего покойного англичанина Ив. Вас. Биркбека, и они тем поразительнее, что публично делались вовсе не пред русскою публикой в то печальное для нас время, когда повсюду принято ругать Россию и всячески клеветать на русских, в чем убеждает даже «русофильская» английская пресса, не исключая и церковной… И вот среди этого жестокого и тупого руссоненавидения д-р Мотт с благородным мужеством открыто и смело говорит, что он, лично посетив 54 страны и имея отделения при 2700 университетах и колледжах по всему миру с количеством членов не менее 2 миллионов человек из студентов и профессоров, все-таки неизгладимо чувствует, что первою и горячею любовью сердца была и остается для него «святая Русь». Там он был четыре раза при своих всесветных странствованиях, всегда получал благословение Русской Церкви и ее иерархов и незаметно почерпал высокое вдохновение для своей христианской работы. <…> Насколько позволяли задачи Союза и средства (а личных у него нет), он старался помогать ей и служить издавна. Д-р Мотт переиздал английский перевод нашей литургии, снабженный благословляющим введением Патриарха Тихона, и распространяет его повсюду – наряду с симпатизирующими книгами о «святой Руси». При его участии содержатся духовные семинарии в Нью-Йорке (где предполагается развить это учреждение до высшего) и в Токио, и им издавна поддерживается наша Японская Миссия. Во время Великой войны д-р Мотт всячески заботился о наших военнопленных в Германии и старался обеспечить их в духовном отношении, чтобы они имели добрых православных пастырей, предметы культа и здоровую религиозную литературу И доселе он не перестает деятельно помогать в этом направлении нашей Церкви и в плачевном рассеянии, и в своем жестоком домашнем коммунистическом плену, а его верность Патриарху Тихону непоколебима и плодотворна…