XVII. Теология и философия

(149, 1) Такое чувство, что эллинские философы, хотя и говорят о Боге, не знают Его. Поэтому и поклоняются они ему не так, как должно поклоняться Богу. Их философские рассуждения, говоря словами Эмпедокла,

Как расхожее мнение, что у всех на устах, разносится теми, кто мало что знает от этом.

(2) Как солнечный свет, проходя через призму, наполненную водой, превращается благодаря этому искусному приспособлению в огонь, философия, преломляя свет божественных писаний, ухватывает некую малую часть. (3) Все живые существа дышат одним и тем же воздухом, но одни одним способом, а другие – другим. Подобным же образом, многие так или иначе причастны истине, точнее, слову об истине. (4) Однако рассуждают они не о Боге, но скорее выражают свои собственные соображения и проводят жизнь в поисках убедительного, а не достоверного.

Подражание и уподобление

Подражание истине не научает, но только образование. (5) Мы верим в Христа не для того, чтобы казаться [благими], и выходим на солнце не для того, чтобы нас видели. Напротив, солнечный свет нужен нам, поскольку он согревает, а христианами мы стали для того, чтобы усиленно стремиться к красоте и добру, ведь царство берется силой, и царственное совершенство – это плод, который приносит исследование, образование и упражнение.

(150, 1) Очевидно, что всякий подражающий (чему-либо) уже сформировал о нем определенное мнение или предварительное суждение. Ухватившись (за него), он зажигает старанием и образованием в своей душе искру, и это оказывается первоначальным толчком, который направляет по пути к знанию. (2) Напротив, не имеющий предварительного суждения о вещи, не желает ее и не способен ухватить пользу, которая может из нее последовать. (3) Гностик подражает Господу и в пределах, достижимых для человеческой природы, приобретает некоторые качества, свойственные Самому Господу и уподобляющие его Богу. <…>

XVIII. Заключение: эллинская философия и христианское откровение. Греческая философия как развлечение и отдых для гностика

(162, 1) Гностик все время занят наиболее важным, однако на досуге он не прочь посветить свое свободное время занятиям эллинской философией, так сказать, «в виде десерта к ужину». Это вовсе не означает, что он позволяет себе забыть о главном, философия становится для него, по вышеуказанным причинам, неким дополнением к основному. (2) Напротив, без особой нужды отдающие все свое время философствованию и чрезмерно увлекшиеся софизмами и эристикой, забывают о необходимом и первостепенном, воистину гоняясь за тенями и пустыми словами. (3) Неплохо бы достигнуть знания всего, но учитывая тот факт, что наша душа слишком слаба и приобретаемый ею опыт неизбежно ограничен, разумно избрать для изучения сначала наиболее важные и лучшие предметы. (4) Истинная наука, доступная только гностику, представляет собой достовернное знание, ведущее через истинное и верное размышление к гносису как знанию первопричины. Само собою разумеется, что знающий, что есть истина, способен распознать, что есть ложь.