Часто власть Советов на селе устанавливалась под влиянием солдат раньше, чем в уездных городах, в то время как «сынки помещиков оказались лишенными всякой опоры в населении». Проводимая внутренняя политика большевиков позволила резко сократить уровень социального неравенства и неграмотности населения, а также обеспечила широкий доступ населения к образованию, здравоохранению, социальной защите и высшим государственным постам. Но в Пенделке еще долго оставалось значительное количество кулацких хозяйств, а также торговцев и «заводчиков». Так, в 1925 г., в списке «О бывших помещиках, оставленных в пределах принадлежащих им имений в 1918 г.» указаны: бывший фабрикант Дебердеев Ю. А. (семья – 9 едоков, 6,33 десятин земли (около 3,5 га), 8 домов), бывший фабрикант Дебердеев И. М., бывший заводчик Дебердеев С. М., бывший кулак Усманов Х. М. и бывший заводчик Чураков Аб. М. проживают в общественных постройках, оставленных в их пользование[147].
По материалам анкет крестьян-лишенцев, имеющихся в различных архивах в большом количестве, можно отметить, что зажиточные крестьяне часто занимали выборные должности в сельских советах, являлись их председателями, хотя в Конституции РСФСР 1918 г. утверждалось, что «эксплуататорам нет и места ни в одном из органов власти». На повышение политической активности крестьянства, особенно зажиточно-кулацких слоев, партийное руководство ответило мобилизацией бедноты как своей непосредственной опоры, и резким расширением преследований. Арестам подверглись, прежде всего, «бывшие» – это помещики, белые, священники, представители интеллигенции и, конечно, кулаки
Отметим при этом, что к выборам допускались и все категории граждан, «добывающие средства к жизни производительным и общественно полезным трудом», а также домохозяйки. В то же время не могли избирать и быть избранными лица, использовавшие наемный труд с целью извлечения прибыли, жившие на нетрудовой доход (проценты с капитала, доходы с предприятий и т. п.), торговцы, монахи и священники, бывшие полицейские, жандармы, члены царской семьи, душевнобольные, находившиеся под опекой и осужденные за корыстные и порочащие преступления. Но в условиях стабилизации обстановки в стране в 1925 г. была принята Инструкция ВЦИК о выборах городских и сельских советов и о созыве съездов советов, в которой подчеркивалось, что не должны лишаться избирательных прав определенная категория лиц, применявшие наемный труд в сельском хозяйстве. Не отстранялись от выборов кустари и ремесленники, владельцы и арендаторы мельниц, сложной с/х техники при условии наличия в хозяйстве одного наемного работника или двух подмастерьев (учеников), если они лично участвовали в работе. Новая Инструкция от 4 ноября 1926 г. снова значительно расширила круг лишенцев. В их число попали лица, «закабалявшие окружающее население» путем систематического предоставления в пользование сельскохозяйственных машин, скота или предоставлявшие кредит «на кабальных условиях», бывшие офицеры и военные чиновники белых армий. Избирательных прав лишались земледельцы и владельцы предприятий (мельниц, маслобоен и других), а также ремесленники и кустари, применявшие наемный труд. Лишенцы не имели возможности занять любую должность, а также учиться в средних специальных или высших учебных заведений, их труд оценивался по самым низким расценкам, не получали никаких пособий, пенсию и иных льгот. В 1936 г. их избирательные права вновь были восстановлены.