Несмотря на достигнутые успехи, в докладе Тюрко-татарского политического отдела народного образования «О состоянии школьного и дошкольного дела среди татар Пензенской губернии» в нач. 1920-х. гг. говорилось о «самом печальном положении» в образовании среди татар. Отмечалось, что прежняя политика царских властей была направлена на ассимиляцию татарского народа и заставила основную массу населения избегать посещения школы. Само же тюрко-татарское население губернии, численностью до 100 тыс. чел. имеет большую склонность к просвещению. В области внешкольного образования до революции никакой работы не проводилось. В настоящее время во многих татарских селах существуют библиотеки-читальни, культурно-просветительские кружки и общества. В народных домах организованы курсы для взрослых и школьников, где кроме прочего даётся «элементарно-политическое и общественное воспитание» для вовлечения широких слоев населения в строительство государственного механизма и общественной жизни на свободных началах. Культурных работников и руководителей становится все больше и больше, грамотность развивается в самых глухих уголках губернии (ГАПО, Ф-р. 253, оп. 1, д. 87).

Первые выпускники школы, 1935 г.

Пензенский историк И. Н. Мавлюдов в своем научном труде, посвященному периоду НЭПа, пишет: «Окончание гражданской войны и переход к новой экономической политике с особой остротой поставил перед советским государством вопросы культуры. Применительно к новым политическим условиям происходила и конкретизация культурных задач в деревне. XI Съезд обратил внимание на то, что работа в деревне «должна быть направлена преимущественно в сторону организационно-хозяйственную и культурно-просветительскую, взамен предлагаемого ранее административно – принудительного и политически – агитационного подхода».

Так, в резолюции XII Всероссийской конференции РКП (б) «Об антисоветских партиях и течениях» подчёркивалось, что «рост культурных потребностей и жажда знаний являются характерным признаком данного этапа революции наряду со стремлением широких кругов населения прочно закрепить завоевания революции, установить революционный порядок и реально повысить свой уровень жизни. По мере того как партия поможет удовлетворить Советскому государству эти потребности, антисоветские партии и течения окончательно потеряют под собой всякую почву». Таким образом, образовательная и культурно-просветительская политика советского государства в деревне была направлена, прежде всего, на формирование социальной опоры путём идеологической борьбы за массы. Решение основных задач культурного подъёма деревни в начальный период происходило в крайне тяжёлых условиях. В 1921 г. в экономике страны сложилось такое положение, когда государство было вынуждено прекратить централизованное финансирование деревенских культурно-просветительских учреждений и перевести их на слабый местный бюджет. Это привело к тому, что развернувшаяся сеть волостных библиотек, изб – читален, передвижек, существующих за счёт средств из центра, погибла почти полностью.