Хотя покупка инородческих земель непосредственно у инородцев была запрещена еще Соборным Уложением 1649 г., но этот закон не выполнялся на практике. Инородческие земли открыто переходили в руки русских помещиков через «подставных» лиц из среды тех же инородцев, которым покупка инородческой земли разрешалось. А помещик скоро заселял эти земли своими крепостными крестьянами, и все переходило в его владение. Таким образом, русская колонизация восточных земель проходила как вооружённым, так и мирным путём. Отодвинутые от своих обжитых земель различные инородческие группы тихо сливались с русскими, крестились, и вскоре их потомки часто бывали полностью оторваны от своих этнических корней.

По такому случаю Г. П. Петерсон отмечал в свое время: «Мы находим, что здесь почти на каждом шагу встречаются помещичьи вотчины, с живущими во многих из них владельцами, из которых в XVIII в. своим богатством славятся две княжеские фамилии: Кугушевых и Гагариных. Кугушевым принадлежали: сс. Архангельское, Снохино, Васильевка, Щербаковка, Татарский Чиуш, Кармалейка и др. Гагариным: сс. Кандевка, Знаменское, Марьино, Колесовка, Никольское-Шичкилей и др. В 1707 г. князю Василию (Мехмеду) Сафаровичу Кугущеву за крещение был даровано звание стольника и поместный оклад 800 четвертей земли. Род князей Кугушевых наравне с Карамышевыми (Курамша и Бекмай Карамышевы – касимовские мурзы, основатели Снохина (происх. от слова «сноха», жены умершего старшего брата Ивана Сафаровича) и князьями Тенишевыми принадлежат к самым старинным дворянским родам Керенского края… Кроме поместий Ларион Сафарович скупал также и людей, цена на которых в те времена была невысокой. Так, например, Ларион купил у Маматказина (потомка крещеного татарина) дворовую девку за 2 рубля ассигнациями»[176].

Сохранились документы из донесения Лариону Сафаровичу (около 1730 г.) о спорной земле и убийства 16 чел., учиненном ясашными крестьянами сс. Кевды и Невежкино. При этом отмечено, что помещики Кугушевы находились в беспрерывной вражде с соседними крестьянами помещика Гагарина, отличавшимися «буйным характером и хищническими наклонностями», доходящая до битв с огнестрельными оружиями, и таких случаев с убийствами и ранениями было целых семь.

Время от времени недовольства крестьян выливались в локальные крестьянские бунты, и главным из них стала «Пугачевщина». Мелкие отряды бунтовщиков разбрелись по всей территории Керенского и близлежащих уездов и начали распространять мятежи из одной деревни в другую. Пугачев объявил народу об отмене крепостного права, «истребление дворянского рода», а также отмену податей и бесплатную раздачу соли. Вся западная сторона Волги встала на сторону Пугачева, взбунтовались целые области. А когда начались убийства, грабежи и пожары, то дворяне и помещики стали спасаться бегством: богатые – в столицы, а кто беднее и кто не успел убежать – переодевались в крестьянское платье и прятались в лесах, оврагах, овинах и погребах. Но и они больше частью были находимы своими же крестьянами и, приведенные к атаманам шаек, немедленно погибали на виселице. Немало погибло в муках также духовенства, чиновников, купцов – словом, все те, кто снискал нелюбовь народа. Настала великая скорбь, ужас обвеял все государство[177].