Я всегда и последовательно выступал и буду выступать за сильную и сплоченную братскую Русскую православную церковь!.. Восемьдесят процентов населения нашей страны позиционируют себя православными христианами. Только глубоко верующий человек может нести добро, любить и оберегать свою Отчизну, добросовестно трудиться и воспитывать в духе своей исторической традиции будущее поколение. И если в моей стране будет восемьдесят процентов верующих христиан, то моя страна не будет нуждаться в атомных бомбах, танках и самолетах, роботах и киборгах для защиты Отечества. Я не буду ждать от своего соседа-христианина, что он сделает мне худое[1031].

Я всегда и последовательно выступал и буду выступать за сильную и сплоченную братскую Русскую православную церковь!.. Восемьдесят процентов населения нашей страны позиционируют себя православными христианами. Только глубоко верующий человек может нести добро, любить и оберегать свою Отчизну, добросовестно трудиться и воспитывать в духе своей исторической традиции будущее поколение. И если в моей стране будет восемьдесят процентов верующих христиан, то моя страна не будет нуждаться в атомных бомбах, танках и самолетах, роботах и киборгах для защиты Отечества. Я не буду ждать от своего соседа-христианина, что он сделает мне худое[1031].

Конституционный принцип равенства всех граждан перед законом Хузин интерпретирует в духе православных клерикалов, ссылающихся на то, что «равенство» и «равноправие» – различные по смыслу понятия:

У нас в стране многие, и Совет муфтиев России не исключение, путают некоторые понятия. Есть понятия «равноправие» и «равенство». Корень один, а смыслы разные. По нашей Конституции всем гарантировано равноправие и равная ответственность перед законом. Но кто же может потребовать равенства? Это надо быть либо сильно закомплексованным карликом, бонапартом, либо вообще глупцом. Не могу же я потребовать равенства с Мухаммедом Али только потому, что у нас одинаковые имена…[1032]

У нас в стране многие, и Совет муфтиев России не исключение, путают некоторые понятия. Есть понятия «равноправие» и «равенство». Корень один, а смыслы разные. По нашей Конституции всем гарантировано равноправие и равная ответственность перед законом. Но кто же может потребовать равенства? Это надо быть либо сильно закомплексованным карликом, бонапартом, либо вообще глупцом. Не могу же я потребовать равенства с Мухаммедом Али только потому, что у нас одинаковые имена…[1032]

Саму постановку вопроса о равенстве между мусульманскими религиозными организациями и РПЦ Хузин считает проявлением «комплекса неполноценности» и «ущербности души»[1033].