Тело Мастера доставили в Маунт-Вашингтон и бережно положили на кровать. Один за другим, мы в слезах склоняли перед ним колени.

«Мама! — выкрикивал Джозеф. — О, Мама!» Поистине, Мастер был матерью для всех нас — нет, много больше, чем матерью! Мисс Ланкастер с мукой на лице взглянула на меня. «Сколько тысячелетий потребовалось, — изумлялась пожилая ученица, глядя на него с тихим благоговением, — чтобы создать столь совершенное лицо!»

После того как мы вышли из комнаты, одна Дая Мата осталась у тела Мастера. Когда она неотрывно смотрела на него, на его левом веке показалась слеза и медленно скатилась вниз на щеку. С нежностью она поймала ее носовым платком.

В смерти, как и в жизни, он говорил своей любимой ученице, а через нее и всем нам: «Я люблю вас всегда, сквозь бесконечную череду времен, без условий, не желая ничего, кроме вашего вечного счастья в Боге!»

ГЛАВА 39 ДУХОВНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

ГЛАВА 39

ДУХОВНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

Для тех, кто думает, что я с ними рядом, я буду рядом.

КАК ЧАСТО С ТЕХ ПОР, как смерть замкнула уста Парамахансы Йогананды, для нас, его учеников, исполнялось это бессмертное обещание. Действительно, это вовсе не было смертью; это было махасамадхи («великое самадхи») — совершенное завершение земной жизни йога, сознательное слияние с Бесконечным.

Одно из доказательств победы нашего Гуру над смертью пришло из Мемориального парка Форест-Лоун в Глендейле (Калифорния), где, в ожидании прибытия двух учеников из Индии, открытый гроб с его телом стоял целых двадцать дней. Пятнадцатого мая того года мистер Харри Т. Роув, директор морга в Форест-Лоуне, направил в Общество Самоосознания нотариально заверенное письмо: «Отсутствие каких-либо видимых признаков разложения тела Парамахансы Йогананды является самым исключительным случаем за все время нашей работы… Не заметно никакого физического распада… Такое состояние полной сохранности тела не имеет примеров в анналах нашего морга… Внешний облик Йогананды по состоянию на 27 марта, когда гроб накрыли крышкой, был таким же, как и 7 марта. Он выглядел 27 марта таким же свежим и совершенно нетронутым разложением, каким был в ночь своей смерти».

Гроб был закрыт через двадцать дней, когда пришло сообщение о том, что два ученика из Индии не имеют возможности приехать. Позднее один из них сообщил, что Мастер после своего махасамадхи явился ему в физическом теле и ласково обнял его.

Норманн также рассказал о подобном переживании. «Однажды ночью я лежал в постели, — говорил он мне. — Вдруг дверь распахнулась. Вошел Мастер, и я видел его так живо и ясно, как сейчас тебя. Он в нескольких словах дал мне хороший совет и затем ушел. Дверь, которой он не касался, закрылась за ним».