Предисловие

Предисловие

Несмотря на то, что первое издание «Евангельских мифов» появилось в Англии еще в 80 годах прошлого столетия, несмотря на то, что после этого произведения автор его, Джон Робертсон, опубликовал такие капитальные труды, как «Christianity and History», «Pagan Christs» и др., имя его до самого последнего времени оставалось совершенно неизвестным в России. Ни в одной работе по истории религий, изданной на русском языке, вы не найдете ни упоминания о тех выводах, к которым пришел Робертсон в своем исследовании евангельской проблемы, ни даже ссылок на какое-нибудь произведение его.

Правда, русская научная литература вообще бедна солидными работами по истории религий вообще и по истории христианства в частности.

Достаточно вспомнить, что до революции 17 года русскому читателю приходилось довольствоваться, кроме церковно-поповской макулатуры и стряпания раскаявшихся профессоров типа Булгакова, лишь устаревшею «Первобытной культурой» Тэйлора, к тому же еще исковерканной царскими цензорами, да еще историей религий Шантепи-де-ля-Соссей, которая является, в сущности, не историей религий, а только очерком по истории религий, притом совершенно обходящим христианство.

Г. Кунов, Г. Каутский, А. Древс стали доступны русскому читателю только за последние годы, а Древс так даже лишь в 1923 г.

О Рейнахе, Фрезере, Б. Смите, Уайттекере, Кальтгофе и многих других русский читатель почти только слыхал.

Что же касается Д. Робертсона, то и самое имя его, мы уверены, будет для русского читателя откровением. И объясняется это не только тем, что царская цензура делала немыслимым ознакомление русского читателя, заботливо опекавшегося от атеистической заразы, с «потрясающими основы» трудами английского мифолога, но и другим, гораздо более деликатным и сложным, обстоятельством.

«Религиозные вопросы имеют ныне общественное значение. О религиозных интересах, как таковых, не может быть больше речи. Только теолог может думать, что дело идет о религии, как таковой». Так писал Карл Маркс еще во второй половине 19 века и слова эти проливают свет на ту позицию, которую давно уже заняла в отношении религии буржуазия и обслуживающая ее интеллигенция.

Мировая война вышибла у них последние жалкие остатки прежнего религиозного радикализма и примирила их с богом и церковью, как с необходимым орудием в борьбе за утверждение своего колеблющегося классового господства. Русская буржуазия в этом отношении ничем не отличалась от буржуазии других цивилизованных стран. Держа в своих руках книжный рынок, она определяла и характер той умственной пищи, которая преподносилась читателю.