А если кто скажет, что страннолюбив прекрасно, то я и с ним согласен.. Но страннолюбивый обязан подражать человеку, который пробует серебро в плавильне, и чистое возьмет себе, а негодное кинет. То есть соблюдай заповедь, – но бегай греха, как уст змеиных. Ибо Сказавший: странен бех, и введосте Мене (Мф. 25, 35), – сказал также: Не прелюбы сотвори (Исх. 20, 14).

Трезвись в юности своей. Трезвись, чтобы не стать нерадивым, от юности до старости не быть тебе рабом страстей. Кто потерпел кораблекрушение среди моря, тот, может быть, и бодрствовал, и подвизался, – но сильное волнение преодолело его. А кто потерпел кораблекрушение в пристани, тот подобен человеку, который по собственному своему нерадению корабль господина своего завел в пучину и погубил. Так и ты, монах, если внимателен к себе, то находишься в пристани. Потому нет нам пользы в препровождении времени в селениях. Если же придет нужда дойти до селения, то не развлекай себя беседой с женщинами. Иначе душа твоя увлечена будет, подобно проглотившему уду. Итак, трезвись, потому что падение от тебя недалеко. В благоговении и страхе Божием борись с искушением. Бесстыдство – матерь блуда. Женщины, если увидят, что обходишься с ними вольно и говоришь о пустом, то, побудив к еще худшему, доведут тебя до падения. Даже при всем благоговении своем – не полагайся сам на себя. Но трезвись, чтобы под видом сокрушения и благоговения не расслабили ума твоего речами своими. Некто из святых сказал: «Длят оне речи, покушаясь преклонить тебя на страсть». Но как сказал Спаситель: Се, Аз посылаю вас яко овцы посреде волков: будите убо мудри, яко змия, и цели яко голубие (Мф. 10, 16). И через апостола повелевает Он, говоря: не бывайте несмысленни, но разумевайте, что есть воля Божия. И не упивайтеся вином, в нем же есть блуд (Еф. 5, 17-18). Итак, несомненно знай, возлюбленный, что хотя бы ты был в мире как чистое золото, но если пойдешь в монахи и вознерадишь о себе, то не замедлишь сделаться подобным свинцу. А также, если пойдя в монахи, поистине возлюбишь Господа, то не замедлишь стать подобным жемчужине, не имеющей в себе скверны или порока, или чему-либо подобному, – и будешь во всем неукоризненен.

Желательно мне также сделать для тебя известным, что предающийся греху выдерживает сильнейшую брань, страшнее, нежели воздерживающийся от греха. Как выливающий грязь где бы то ни было увеличивает зловоние, так и невоздерживающийся усиливает в себе страсть. Знай, что если вознерадишь о себе, то напоследок будешь раскаиваться. Апостол говорит: Не оженивыйся печется о Господних, како угодити Господеви: а оженивыйся печется о мирских, како угодити жене (1 Кор. 7, 32-33). Ты же, монах, избрал для себя попечение не о мире, но о том, как угодить Господу, почему и исказиша[309] сами себе, Царствия ради Небеснаго (Мф. 19, 12). Еще повторяю, если не будешь воздерживаться, то напоследок будет у тебя много разных печалей, по слову апостола: скорбь же плоти имети будут таковии (1 Кор. 7, 28), – потому что оженившийся бывает скуден в добродетели, развлекаясь заботами о доме, о жене, о пропитании детей. А не оженивыйся печется о Господних, како угодити Господеви. Ты исказил сам себя Царствия ради Небеснаго, не железом отсекши уды (в том нет добродетели), но благочестивым помыслом преодолев сладострастие. Потому держись одних и тех же правил, так как написано: Благо тебе еже не обещаватися, нежели обещавшуся Тебе, не отдати (Еккл. 5, 4). Итак, принуждай себя к воздержанию и найдешь и мысли свои, и ум свой чистыми, подобно тихой пристани, исполненной безмолвия. И надежда будущих благ утучнит душевные твои силы, яко от тука и масти исполненные (Пс. 62, 6), – чего да сподобит нас Господь, праведный Судья! Аминь.