Внимал ты закону, чтобы исполнить его на деле, приступал к делу, чтобы совершить. Милостыни и молитвы твои видимы повсюду.
Кто принял от тебя милостыню, те богаты; кто пользовался твоими молитвами, те возрадовались. Молитва – духовная колесница, возносящаяся с земли на небо.
На нее взошел ты невидимо, как Илия видимо; с нее ясно узрел невидимого Бога.
Ныне, отец, даруй сонму сынов твоих такое наследие, которое охраняло бы их от вражеских тенет и сетей.
Изнурена была плоть твоя, не знала ни омовений водой, ни умащения елеем. Нечистоты, покрывавшие кожу твою, служили к очищению от скверн духа твоего.
Бдением твоим охранялись богатства твои, неусыпностью – сокровища твои. Когда немощные днем спали, труд твой приумножал достояние твое.
Ни снег не препятствовал тебе сеять, ни зной – насаждать; что посеяно и насажено было постом твоим, то напоялось слезами бдения твоего.
Часа праздного не видали у тебя, достославный. Кто не заимствовался из сокровищницы твоей? Кто не обогащался твоими сокровищами? Кого не веселило лицо твое?
Кого не опечалила кончина твоя? Бдением и воздержанием очи твои преоборали[94] сон.
Среди спящих уподоблялся ты неусыпным Ангелам. Ангел возбуждал тебя от сна, и ты преклонял выю свою и молился о том, чтобы приняты были жертвы твои.
Сам себя соделал ты жертвой; душу свою возносил в жертву Богу. Уста твои воздерживались от хлеба, сердце воздерживалось от греха.
Добровольный избрал ты для себя пост, чтобы постились и уста твои, и сердце твое. Вкусные яства ты предоставил сластолюбцам, твоей же пищей был
Ты обличал тех, которые едят мяса и снедают сынов человеческих; а твои уста воздерживались от вина.
Неутомимо обуздывал ты плоть свою, чтобы не восстала она против обета твоего; уста свои вооружал песнопениями Духа Святаго.
Как друзьям не оплакивать того, чьи победы так славны? Кто может не скорбеть о торжестве собравшего такие сокровища?
Плакать, скорбеть, облечься печалью должно братство наше, которое смертью твоей внезапно лишено богатого сокровища словес твоих.
Сетуют и утешаются, скорбят и торжествуют сонмы учеников твоих, светлые лики сынов твоих.
Смерть твоя ввергает их в скорбь, а слава твоя радует их. Когда обращают взоры и видят, что нет тебя с ними, проливают горькие слезы. А когда размыслят о славном подвиге твоем, исполняются всякой радости.
Кто тебя, достославный, поял из сонма Святой Церкви? Кто непорочность твою удалил от служения земнородных?