Разве не радостно то, сколь свободно может страдающий дышать в этой мысли! Страдающий не просто с понуждением вверяет себя Богу и идет через тесноту, нет, он говорит: теснота для меня – знак благоволения ко мне, теснота – мой помощник, ведь теснота является путем. Когда ребенок только робеет перед учителем и боится его, он может, пожалуй, многому научиться; но когда доверие изгоняет страх и побеждает свобода духа, тогда начинается образование в высшем смысле этого слова. И то же относится к страдающему, когда он, убежденный в том, что теснота является путем, побеждает тесноту; ведь разве это не победа – в высшем смысле слова – над теснотой – поистине желать верить, что теснота это путь, это помощник! Апостол Павел говорит в одном месте: вера это наша победа, – и в другом месте: да, мы более чем побеждаем. Но возможно ли более чем побеждать? Да, если ты прежде начала сражения обратил врага в своего друга. Одно дело – побеждать в тесноте, одерживать над ней верх, как одерживают верх над врагом, оставаясь при мнении, что теснота – твой враг; но более чем побеждать, значит, верить, что теснота – твой друг, что она не препятствие, но путь, что она не мешает, но способствует развитию, не удручает, но облагораживает.

Теснота должна быть путем проходимым. С чем же можно встретиться на пути как с преградой, так что путь станет непроходимым? С теснотой. Но если теснота сама является путем, тогда ведь этот путь, безусловно, проходим. Страдающий может, если ему угодно, представлять себе тесноту все более и более ужасной; это ничего не убавит и не прибавит, – навеки ясно, что теснота является путем, а раз так, невозможно помыслить тесноту, которая способна преградить этот путь. Отсюда также можно видеть, что теснота должна к чему-то вести. Ведь что могло бы воспрепятствовать пути вести к чему-то, как не теснота; но если она не может стать препятствием на этом пути, тогда ведь этот путь обязательно будет всегда к чему-то вести.

Удивительно, тесный путь – единственный, на котором нет никакого препятствия, ведь теснота сама прокладывает путь вместо того, чтобы его преграждать. Но разве это не радостно! Ведь что безотраднее, чем то, когда путник вынужден сказать: здесь нет дальше пути; и что тогда радостнее того, что путник всегда с полным правом может сказать: здесь всегда есть путь!

Теснота это путь, не требующий сверхчеловеческих сил. Нет, если бы теснота превосходила человеческие силы, тогда ведь путь был бы прегражден, и теснота не была бы путем. Апостол Павел говорит: «Вас постигло искушение не иное, как человеческое; но Бог при искушении даст и облегчение, чтобы вы могли перенести»[355]. Но не сделал ли Бог искушение выносимым благодаря тому, что Он от вечности устроил так, что теснота является путем; ведь тем самым теснота раз и навсегда сделана выносимой. И что может служить более верным залогом того, что в искушении всегда есть выход, ведущий ко благу, чем то, что теснота сама является путем, ведь это значит, что теснота сама является выходом, и благим выходом из тесных обстояний.