- Позвольте узнать у вас, что это за причины?- получил истинное удовольствие от ответа отец Петри, предвкушая полную победу.

- Все кто меня знает, могут подтвердить, что намерения мои всегда были чистыми и направленными только на процветание нашего с вами государства. Да, порой я был суров и строг, но только в той мере как отец строг к своему дитя. Отец, желая счастья ребёнку и при этом имея больше опыта и знаний, порой запрещает ему что-то, что может навредить. Неразумное дитя же считает это актом несправедливости, агрессии. И только повзрослев осознаёт, что всё было сделано исключительно из-за огромной любви к нему. Так и я поступал. Полученная мною информация настолько была ужасна, что её распространение сулило гораздо большими неприятностями стране, чем её сокрытие.

- И что же это за такая информация?- поинтересовался один из старейшин.

- Теперь уже нет смысла её скрывать. Мы достигли конца. Возможно не только мы, но и вся наша цивилизация. Всё началось очень давно. Больше полувека назад, когда мне не было ещё и пятнадцати лет. Молодым юнцом я напросился в отряд к известному первопроходцу и географу Артуру Гринею.

- Вы знали Гринея?- удивился отец Дунган.- Это был великий географ, подаривший нам информацию о множестве далёких землях. К прискорбию вся его группа трагически пропала без вести в одном из походов на север. Никто тогда не вернулся.

- Вы ошибаетесь,- возразил отец Мартий.- Погибли не все. Был тот, кто вернулся живым.

- Кто же?- спросил отец Петри.

- Этим человеком был я.

- Вы?

- Да. Я очень хорошо помню один день из того похода. Так как именно он задал направление всей моей последующей жизни, полностью поменяв моё мировоззрение. За один день из мальчишки я превратился, наверное, в старика. Именно тогда мои волосы приобрели белый цвет, который сопровождает меня и по сей день. В группу Гринея по так называемому “северному походу” я попал совершенно случайно. Он вместе с напарниками зашёл в трактир, в котором я тогда подрабатывал уборщиком. Я был не очень сильным юношей, поэтому военная карьера была для меня закрыта. Но я обожал карты и книги. Мог часами читать, не обращая ни на что внимание. И когда услышал, что обсуждали Гриней и его друзья стал возиться недалёко от них. Потом, я уже и не помню как именно, завязался разговор и в какой-то момент Гриней предложил мне отправиться вместе с ними в поход. В свои годы я уже несколько раз, порой даже в одиночку, углублялся в северные земли. Возможно он увидел во мне какую-то искру. Как бы там ни было они взяли меня с собой. Через пару месяцев пути, а продвигались, надо сказать, мы очень медленно, мы наткнулись на необычную поляну. В отличие от остальной равнины снег на ней был очищен каким-то механическим оборудованием по четкому прямоугольнику. Но никому не было известно о наличие каких-либо поселений в этих местах. Мы думали, что натолкнулись на каких-то кочевников. Но не успели мы расположиться на поляне, как в небе появились летательные аппараты. Мы о подобном даже и помыслить не смели в ту пору. Люди передвигались по воздуху! А ведь в то время башлыков было намного больше, нежели сейчас. Из этих аппаратов повыскакивали люди, одетые в неизвестные камуфляжи. Лица их были скрыты шлемами. Не подходя к нам, ничего не произнося, они открыли беспорядочный огонь. Все пытались убежать, спрятаться где-нибудь. Но это было невозможно. Тридцать пять человек за пару минут превратились в тридцать пять трупов. Да и трупами назвать их нельзя было, лишь горстки пепла. Остался я один, спрятавшийся за повозку с палатками. Разумеется меня заметили. Тогда один из них подошел ко мне и направил на меня своё оружие. Оно было похоже на пистолет, но действовало как-то иначе. Я зажмурился, но выстрела не последовало. Я не знаю, почему он меня пожалел. Возможно, потому что я был единственным ребёнком в группе. Он снял шлем и я увидел перед собой абсолютно обычного человека, такого же, как и я, только более высокого. Он посмотрел на меня и произнес: “Возвращайся домой. И никому не говори, что здесь увидел. Не пытайся сюда вернуться. И не допускай, чтобы сюда пришёл кто-либо ещё. Ибо тогда как мы уничтожили твою группу мы уничтожим твою страну. Мы это можем. И ни одна армия вашего мира против нас не выстоит”. Они исчезли также стремительно, как и появились. А я остался один среди убитых товарищей. Разумеется, по возвращению в селение я скрыл тот факт, что был участником экспедиции и, как и все, выражал глубокую обеспокоенность пропажей группы Гринея. Во многом благодаря моим рассказам было решено не направлять никого на поиски пропавших. Я убедил всех в том, что Гриней самый опытный из нас. И если кто и может помочь ему, так это только он сам. Я поставил перед собой цель, во что бы то ни стало не допустить экспедиций в северные земли. Для этого я и начал учиться на старейшину. И, став им, мне это удавалось. Удавалось до одного момента. Поход Тиграна я проглядел. Он отличный воин, превосходный географ. За ним я не уследил. И когда он пришёл ко мне и заявил о своих находках для меня это было как гром среди ясного неба. Я был раздавлен, так как столько лет непосильного труда были в один миг перечёркнуты. Разумеется я приказал всё найденное уничтожить, а Тиграну запретил хоть кому-либо рассказывать о его открытиях. Несколько следующих месяцев я практически не спал, ожидая нападения. Но всё обошлось. А сейчас по этому пути решил пройти Капитан. Я не мог этого допустить.