— Я поехал в Вирдижиния-Хайленд, — ответил он, подразумевая ближайший район с кофейнями и ресторанами.

— Куда вы заходили?

— Я не помню.

— Где вы оставляли машину?

— Понятия не имею.

— Может, мне поискать ваш красный «вольво» в записях дорожных камер на Понсе-де-Леон и в Брайарклиффе или в Понсе и Хайленде?

Бернард молчал.

— Или вы решили сократить дорогу и поехать через Эмори? Я, пожалуй, проверю придорожные видеокамеры и там, — пообещал Уилл. — Вы, возможно, не заметили, но город установил камеры почти на всех основных перекрестках города.

— Я просто катался.

Уилл сунул руку в карман и вытащил блокнот и ручку, которые одолжил в канцелярии.

— Запишите свой маршрут, я его проверю, а вечером, когда закончатся уроки, мы с вами еще раз побеседуем.

Бернард потянулся к ручке, но отдернул руку.

— У вас проблема? — поинтересовался Уилл. — Но вы же сами сказали, что это только недоразумение. Просто напишите, где вы были. Я поручу одному из патрульных полицейских проверить ваш маршрут, а после уроков мы обсудим эту информацию.

Учитель вытащил из кармана пиджака свою ручку и начал писать. Уилл смотрел, как она быстро скользит по бумаге. Бернард заполнил первую страницу, перевернул ее и начал заполнять следующую.

— Этого достаточно, — сказал Уилл, забирая у него блокнот. Он открыл первую исписанную страницу, бегло ее просмотрел, перешел ко второй и поднял глаза на Бернарда.

— Вы ведь учите и нормальных детей, верно? Не только тупых?

Учитель кивнул, словно не заметив его некорректного выражения.

Уилл сделал вид, что читает написанное, скользя глазами по странице.

— Мне хотелось бы задать вам один вопрос… Я довольно часто обращаюсь к людям с подобными просьбами. Так вот, я заметил, что люди, которые на самом деле ни в чем не виноваты, начинают так нервничать, что все забывают. Они пишут, а потом зачеркивают написанное, меняют и переставляют слова. А вот те, кто потом оказывается виноват, просто берут ручку и пишут. Это очень легко, потому что они все это продумывают.

Бернард вернул ручку в карман.