— Ты эгоистичный ублюдок! Хотя бы раз возьми на себя ответственность за то, кто ты есть.

— Я и беру. — Макс смотрит под ноги, потом, едва не срываясь на крик, говорит: — Теперь уходи.

Он толкает ее в туман, отворачивается, кладет руки на поручень и закрывает глаза.

Кэтрин подходит к нему, с трудом сдерживая злость.

— Все не так легко, Макс.

Он поворачивается и бьет ее в живот коротким кухонным ножом. Кэтрин вскрикивает, хватается за лезвие, за запястье. Из раны на ладони идет кровь. Мост начинает дрожать. Ей кажется, что дрожь передается от моста и ей самой. Приближающийся поезд подает гудок. Макс спотыкается, и она толкает его на поручень.

Он вскрикивает. И тут же боль и гнев уходят с его лица. Перед ней снова прежний Макс, мягкий, добрый, любящий. Он укололся о какую-то торчащую железку, и Кэтрин помогает ему. Зажимая ладонями его рану, она говорит, что любит его. Просит не уезжать. Умоляет. Поезд все ближе. Уже практически под ними.

— Прости, — говорит Макс.

Он вдруг поворачивается, хватается за поручень и бросается вниз.

Она не слышит собственный крик — он теряется в жутком грохоте.