Автомобиль проехал два квартала и свернул налево, на широкую улицу.
И еще долго после того, как «Сатурн» скрылся из виду, доктор стоял посреди дорожки, смотря ему вслед.
Его хлестал ветер. Ариман был рад этим холодным ударам, словно они могли унести прочь его растерянность и прочистить голову.
Сегодня днем в комнате ожидания уходящих пациентов Дасти читал «Маньчжурского кандидата», которого доктор дал Марти втемную, как козырь. Эта карта, если ее разыграть, должна была придать игре немного напряженности. Читая триллер, Родс должен был ощущать легкую тревогу, которую можно было объяснить содержанием книги, особенно когда наткнулся бы на имя «Виола Нарвилли» и обнаружил бы какие-то странные соответствия с событиями собственной жизни. Книга навела бы его на размышления, заставила удивляться.
Тем не менее вероятность того, что роман Кондона сам по себе позволил бы Дасти выстроить длиннейшую логическую цепь и прийти к пониманию истинной природы доктора и его реальных целей, была исчезающе мала. Куда больше можно было надеяться на то, что прилетевшие на Марс астронавты обнаружат там киоск с портретом Элвиса Пресли, где будут подавать зажаренного по-кентуккийски цыпленка. И он понимал, что нет — подчеркнуть:
Следовательно, должны иметься другие козыри, которые сам доктор не вкладывал в колоду, которые сдала судьба.
Одним из них мог быть Скит. Скит, чей мозг настолько протух от наркотиков, что не был полностью программируемым.
Обеспокоенный ненадежностью подмастерья маляра, Ариман приехал сюда этим вечером именно для того, чтобы заложить в подподсознание Скита сценарий самоубийства, а потом отправить этого никому не нужного негодяя в побег; чтобы тот, оказавшись на свободе, незадолго до рассвета покончил с собой. Теперь ему нужно было вырабатывать новую стратегию.
А какие еще могли быть козыри, кроме Скита? Бесспорно, были сыграны и другие. Однако, как много ни знали бы Дасти и Марти — а их знание вполне могло не быть таким полным, каким казалось, — у них не было возможности собрать такую значительную часть мозаики, воспользовавшись только книгой и Скитом.
Этот неожиданный поворот отнюдь не подхлестнул спортивный дух Аримана. Ему нравилось, когда в его играх присутствовал небольшой элемент риска, но этот риск должен был все-таки подчиняться его воле.
Он был игрок, но никогда не играл слишком уж азартно. Джунглям удачи он предпочитал архитектуру правил.
ГЛАВА 61
ГЛАВА 61
Под сильным ветром множество трейлеров сбилось в тесную кучу, словно готовясь к обороне от одного из торнадо, которые всегда находили такие вот места и расшвыривали легкие домики по изуродованным окрестностям ради того, чтобы предоставить телевизионным камерам повод позлорадствовать. К счастью, смерчи в Калифорнии происходили редко, существовали недолго и бывали крайне сильными. Обитателям этой стоянки не суждено было столкнуться с отрепетированными сочувственными речами репортеров, разрывающихся между стремлением показать такую завлекательную панораму разрушений и признанием в том, что сочувствие людским драмам уже давно изжило свое время в службе вечерних новостей.