Независимо от того, чем закончится вояж Дасти и Марти в Нью-Мексико, Скит оставался важнейшей проблемой. Раз уж доктору не удалось отправить его на очередную крышу, с которой он упал бы безо всяких помех, то избавление от этого пустоголового придурка стало приоритетной задачей ближайших двух дней.

Теперь, когда доктор Ариман избавился от необходимости разыскивать Скита, ему следовало лишь ехать достаточно аккуратно, чтобы мальчишка тащился следом, а потом как можно скорее проанализировать ситуацию и выбрать наилучшую стратегию, которая позволила бы ему воспользоваться этим нежданным подарком судьбы. Игра продолжалась.

* * *

Марти следом за «Навигатором» Глисона въехала на автостоянку рядом с придорожным ресторанчиком, расположенным в нескольких милях за городской окраиной. Заведение было украшено неоновым изображением гигантского ковбоя, разлетевшегося в бурном танце с такой же огромной подружкой, но сейчас реклама была выключена: до той поры, когда заиграет музыка и начнется пьянство, оставалось еще несколько часов. Они поставили машины, развернув их от здания, носами к шоссе.

Чейз вышел из машины и втиснулся на заднее сиденье прокатного «Форда».

— Вон там находится институт Беллона Токлэнда.

Институт занимал примерно двадцать акров посреди широкого пространства невозделанной степи. Территорию института окружала сложенная из камня сплошная стена в восемь футов высотой.

Архитектор, проектировавший здание, возвышавшееся за стеной, совершенно явно находился под сильным влиянием творчества Фрэнка Ллойда Райта, в частности его знаменитого «Дома над водопадом». Правда, здесь не было водопада, так как отсутствовала вода, и это было изрядным отклонением от веры Мастера — а может быть, и насмешкой над нею — в то, что каждое рукотворное создание должно пребывать в гармонии с землей, на которой воздвигнуто. Эта массивная груда оштукатуренных камней площадью тысяч в двести квадратных футов, не сливалась с плавными линиями пустыни, а, казалось, взрывала их. Это был скорее акт насилия, чем архитектурное сооружение. Именно так должна была бы выглядеть любая из работ Мастера в интерпретации Альберта Спира, любимого архитектора Гитлера.

— Претензии на готику, — сказал Дасти.

— И чем там занимаются? — спросила Марти. — Готовят конец света?

Чейз не стал разубеждать ее.

— Похоже, что так. Я так и не смог извлечь никакого смысла из того, что они говорят о своих делах, но, возможно, вы не так тупы, как я. Исследования, говорят они, исследования, которые направлены на… — И он процитировал по памяти: — «…Использование новейших открытий психологии и психофармакологии в целях формирования более справедливых и стабильных структурных моделей для правительства, бизнеса, культуры и общества в целом, что окажет положительное влияние на чистоту окружающей среды, повысит надежность системы правосудия, благотворно скажется на использовании потенциала человечества и будет содействовать укреплению мира во всем мире…»