— Остались ли у нас нерешенные проблемы?

— Конечно. Колаяни, Каламатиано и эта девица Брукс, если она продолжит совать нос куда не надо.

— Нужно ли отдать конкретные поручения братьям Альварадо, Понтию и Корнелиусу?

— Брат Корнелиус должен и дальше следить за этой Брукс и не терять ее из вида. Братья Альварадо и Понтий пусть готовятся стать орудиями в руках Господа, дабы устранить все наши проблемы. Но прежде всего нам надо узнать, что задумали эти трое — Колаяни, Каламатиано и Брукс.

— Я велю братьям Альварадо и Понтию быть наготове, ваше преосвященство.

— Помните, что назначенный для меня день все ближе. Нельзя допустить ни одной ошибки.

— Этого не случится, ваше преосвященство. — Мэхони склонился и поцеловал кардинальский перстень.

Епископ вышел из кабинета. В приемной он увидел сестру Эрнестину и какого-то изможденного человека, которого не узнал.

— Ваше преосвященство, пришел господин Фоскати, — объявила монахиня, войдя к кардиналу.

— Пусть он проходит. Оставьте нас одних.

Журналист выглядел неряшливо. Он не брился уже несколько дней. Под глазами у него образовались мешки, свидетельствующие о крайнем утомлении.

— Прошу вас о помощи, ваше преосвященство.

— Меня? Что я могу для вас сделать?

— Моя дочь, ваше преосвященство, моя дочь!..

— Что с ней?

— Кто-то похитил ее, когда она возвращалась из школы. Больше мы ее не видели. Помогите нам найти ее!

— Вы говорили с кем-нибудь об этом турке, стрелявшем в Святого Отца?

— Нет, ваше преосвященство, ни с кем, как вы и предупреждали. Неужели мою девочку похитили из-за того конверта, который я ему вручил?

— Не исключено. Сделаю все, что в моих силах, и попробую вернуть вам дочь.

— Буду безмерно вам благодарен. Жена не спит уже несколько суток. Я только и делаю, что прошу о помощи, но никто не хочет и пальцем шевельнуть. У дочки итальянское гражданство, а я работаю на Святой престол. Наверное, итальянские власти не желают вмешиваться, потому что преступление случилось на территории Ватикана.