— Послушай, зачем тебе этот чай? Нас не для этого сюда взяли, — упрекнула ее я.

— Ой, Сато-сан? — Ямамото обернулась на голос, подтягивая рукав блузки. — Ну что поделаешь? Если не я, другим девчонкам придется. Чего хорошего?

— Вот и замечательно! Им все равно делать нечего. Как ни пройдешь мимо — все сплетничают. Или про парней, или про наряды и косметику.

— Неужели? Вот бы мне такую жизнь!

Ямамото обернулась. По коридору шли несколько девчонок-ассистенток. В то время женский персонал должен был носить униформу — темно-синий костюм и белую блузку с длинными рукавами. Зимой к этому наряду полагался еще кардиган, тоже темно-синий. Летом ходили с короткими рукавами-воланчиками. Только нашей «семерке» разрешили ходить в «штатском». Нас сразу можно было отличить. Девчонки с пластиковыми пакетами в руках, похоже, бегали за бэнто к обеду и теперь весело болтали о чем-то.

Я презрительно улыбнулась:

— Чего в них хорошего? Из школьниц так и не выросли. Получают мало, будут вечно ходить в помощницах — сними копию, принеси чайку… Кроме этого, больше ничего не умеют. Я не такая. У меня жизнь — это работа. Жизнь нелегкая, не то что у тебя. У меня мать и сестра на шее.

— Да уж. — Ямамото оставила чашки и вздохнула. — Ты не такая.

— Тебе не нравится?

— Что ты? — Она нахмурилась, словно я спросила что-то совсем несуразное. — Но я правда так думаю. Ты здесь выкладываешься, а мне эта фирма разонравилась. С какой стати все смотрят только на нас? Сплетничают о нас в кабаках каждый день: они то, они сё… То у них бабы — пустое место, то вдруг превозносить начинают. Тебе не надоело?

Я покачала головой:

— Чтобы не надоело, надо больше работать. Вот я и стараюсь.

Ямамото посмотрела на меня:

— Здорово! Ты молодец! А вот я хотела бы ассистенткой. Чтобы тихо, спокойно… А потом вообще уволюсь.

— С таким трудом устроилась и…

Она кивнула:

— Конечно, когда я говорю, где работаю, подруги такие глаза делают! Повезло, еще как! В строительстве сейчас бум, а фирма — на первом месте, за границей ее знают. И зарплата — дай бог. И работа — если к ней по-серьезному относиться. Но меня это все не трогает. Нас слишком нагружают. Для меня — чересчур. Надоело все время думать о работе, пахать больше мужиков. Все равно мы не можем стать такими, как они. Да я и не желаю. Работать я, конечно, хотела, но в таком режиме мне это просто не по силам.

Ямамото стала быстро разливать чай из большого чайника. Самая большая чашка, расписанная названиями рыб, принадлежала шефу. Он получил ее в подарок в какой-то сусичной. Женщины у нас в основном пили из детских кружек с персонажами вроде Микки-Мауса и Снупи. Мужчины владели разномастными чашками, весьма непрезентабельными. Скорее всего, из семейных сервизов, купленных женами.