Свет сделался ярче и горячее. Застучали барабаны. Люди на ходулях соединили руки и медленно задвигались вокруг Макса против часовой стрелки. К барабанам присоединилась декламация — сотня, а может, больше голосов, повторяющих слова, которые он не понимал. Что-то вроде молитвы. Макс полностью потерял чувствительность. Работали только глаза и уши. Внутри уже с полным размахом, все круша и разрушая, гуляло зелье. Дышать еще удавалось, но с трудом. Макс рефлекторно пытался вдохнуть ртом, но рта у него, в сущности, не было. Не получалось даже всосать капельку воздуха.

Храбрый и непокорный Макс перестал существовать.

Его охватил ужас. Чуть-чуть за себя, но в основном за Сандру. Ведь Букман пошлет его довести до конца то, что не удалось сделать в Опа-Лока.

Ритм барабанов стал интенсивнее, люди на ходулях прибавили скорость. Цвета перед глазами Макса начали сливаться, смешиваться, пока не образовали унылую серую массу. Таким иногда бывает небо над Майами летним утром — сплошная свинцовая облачность.

Теперь декламирующие повторяли одно слово. И Макс это слово распознал.

— Соломон, Соломон, Соломон!

Барабаны забили еще быстрее, люди на ходулях забегали вокруг, а все остальные продолжали выкрикивать в такт барабанам:

— Соломон, Соломон, Соломон!

Люк раскрылся, и его высветил луч кроваво-красного света. Из люка возник человек, одетый и разукрашенный, как и те, что на ходулях, но только весь в белом.

Он вышел из круга света, шагнул к Максу. Распахнул плащ и выхватил два длинных сияющих меча. Они ослепили Макса. Он закрыл глаза, а когда открыл их, человек стоял в нескольких футах, быстро вертя мечами, точно жезлами на параде. Вспышки отраженного от лезвий света образовывали калейдоскоп красных, розовых, оранжевых, фиолетовых, желтых и синих брызг, мешавших Максу видеть, что происходит вокруг.

Почему-то ему вдруг вспомнились закаты. Как солнце, похожее на каплю пылающего меда, садится в почерневшее море. Он наблюдал их почти каждый вечер.

74

74

— Хватит себя укорять. Этим делу не поможешь. — Элдон посмотрел на Джо.

Они стояли на крыше УГРО, на рассвете в воскресенье. Солнечный свет только начал разгонять ночь, окрашивая плоский городской пейзаж Майами в желтушный цвет ископаемых костей. Они измотались. Нервы были натянуты до предела. Недосыпание, литры выпитого кофе. Поиски Макса длились уже почти сорок восемь часов. Без результата.

В последний раз Джо видел его, когда они разделились у аэропорта. Он просмотрел записи камер наблюдения. Они зафиксировали, как два фальшивых копа потащили Макса из зала вылета, за ними в тени следовал человек с неразличимым лицом. Их беспрепятственно пропустили десятки полицейских, пытающихся навести порядок среди возбужденных пассажиров.