Он говорил серьезно и сам собирался ограничиться лишь разговорами. А она-то думала, что может рассчитывать на него в случае применения силы. Казалось бы — единственный плюс от временного союза с психопатом.

Когда Марин снова покосился в ее сторону, стало ясно: с каждой минутой ситуация забавляет его все больше и больше. Он явно пытался заставить девушку перейти к действию, дать ей понять: если спасать Эрика, то делать это придется ей самой.

— Да позвоните ему, — повторил Марин, показывая в ту сторону, где она пряталась. — Там как раз за углом висит телефон.

Охранник ничего не ответил, колеблясь в нерешительности. Времени больше не оставалось. Если он решит звонить, то пойдет прямо к ней. Теперь или никогда.

Она выскользнула из-за угла и бесшумно двинулась вперед по коридору, на ходу занося руку с ножом для удара. Когда до охранника оставалось не более нескольких дюймов, она замерла на месте. Марин явно потерял терпение и демонстративно уставился на нее поверх плеча охранника. Тот начал разворачиваться — и она ударила, ударила что есть сил.

Тяжелая металлическая рукоять так мощно опустилась на голову бедолаги, что у Куинн даже рука загудела, до самого плеча. Охранник со сдавленным всхлипом бесформенной кучей осел на пол, а Куинн оказалась лицом к лицу с Марином.

— Отлично, Куинн. Теперь закончи начатое.

— Что?

— Очнувшись, он поднимет тревогу. Тогда они примутся выслеживать тебя, как дикого зверя.

— Убить его? Ты хочешь, чтобы я убила его?

— Ну, о себе не заботишься, так хоть об Эрике подумай. Ведь это твоя вина, что он вообще тут оказался, верно?

— Я не буду никого убивать!

Марин посмотрел на нее с легким разочарованием и вставил карточку в прорезь в стене.

— Это твое решение.

— Эрик!

Молодой человек вскочил с койки и обнял девушку.

— Куинн! О Господи! Ты цела?

— Цела. А ты?

Он чуть отодвинулся и несколько долгих секунд не отрывал от нее взгляд, но потом заметил окровавленный нож у нее в руке.

— Куинн, что, черт возьми…