— А теперь стал нашим лучшим другом во всем мире.

— Куинн, я серьезно.

Она пожала плечами:

— Так и я тоже. Смотри сам. Все его люди — все, кого он должен был защищать, — погибли. И это отчасти ставит нас с ним в одинаковое положение.

— Марин.

— Пока он жив, ты, я и Прайс будем жить в вечном страхе, что он вдруг выскочит у нас за спиной. Не знаю, как ты, а я так жить не могу.

Эрик довольно долго молчал. Девушку все сильнее пробирал холод, но она не торопила своего спутника. Сказать начистоту — подниматься на холм ей хотелось ничуть не больше, чем ему.

— А что, если сам он так не считает? Что, если не переменил свои взгляды на нашу участь?

Она промолчала.

— Так я и думал.

— Эрик, но мы обязательно сумеем до него достучаться, это же так просто.

— Прости. Мне жаль это говорить, но я вовсе не разделяю твою веру в человечество.

Он отстранил Куинн и вытащил что-то у себя из-за пазухи. Когда девушка сумела разглядеть очертания непонятного предмета, оказалось, что это рукоятка от автомобильного домкрата.

— Зачем это тебе?

— Догадайся.

— Эрик…

— А какой у нас выбор? Если он не с нами, то против нас, Куинн. Если его не станет, есть все шансы, что из «СТД» не осталось никого, кто бы о нас знал. И тогда нам надо тревожиться только из-за Марина. И насколько я могу судить, уже и этого за глаза достаточно.

Куинн отвернулась от молодого человека, вглядываясь в дом на холме.

— А ты сможешь? — наконец спросила она. — Сможешь его убить?

— Не знаю, — тихо ответил он. — А ты бы могла?