«Сыграй роль, которую они предложили тебе в задуманном ими спектакле», — советовал Александр Конклин.

— А кто задумал его? — спрашивал Дэвид Уэбб.

— Ты зря теряешь время! — говорил Джейсон Борн. — Разыщи самозванца! И схвати его!

Кто-то тихо вошел в прихожую. Джейсон, отпрянув бесшумно от окна, вжался спиной в стену. Пистолет был выставлен вперед. Борн заранее рассчитал, что дверь, открывшись, прикроет его. В замочную скважину осторожно вставили ключ. Затем дверь начала медленно открываться.

Подождав немного, Борн резко толкнул ее в обратную сторону и, выскочив из укрытия, крепко обхватил таинственную личность руками. Затем втолкнул противника в глубь комнаты, захлопнул ногой дверь и приставил пистолет к голове своего пленника. Тот, не ожидая такого приема, уронил сумку и огромный сверток. Это был д’Анжу.

— Вот он, один из способов проветрить твою голову, Эхо!

— Sacré bleu![109] Запомни, я не собираюсь больше сносить подобных штучек!.. Посмотрел бы на себя в зеркало, Дельта! Ты выглядишь так же плохо, как тогда в Тамкуане, когда мы обходились без сна по нескольку дней. Думаю, тебе неплохо было бы и отдохнуть.

Память Джейсона озарилась на миг короткой вспышкой.

— В Тамкуане ты сказал мне еще, что я должен поспать, не так ли? Мы затаились в кустах, ты выставил вокруг меня заслон и, выругавшись, приказал мне улечься спать.

— Я исходил из наших общих интересов: мы не смогли бы без тебя выбраться оттуда.

— Ты говорил мне о чем-то тогда. Но о чем — я не помню. И я послушался тебя.

— Я объяснил, что сон имеет такое же значение, как и изобретенное человеком оружие — что холодное, что огнестрельное.

— Я не раз впоследствии вспоминал эти слова, ставшие для меня аксиомой. И старался всегда следовать твоему совету.

— Я рад, что у тебя хватает ума слушать старших. Но, может, ты все же уберешь от меня эту чертову пушку?

— Ох, прости!

— У нас совсем нет времени, — произнес д’Анжу и, подняв с пола сверток, сорвал с него коричневую оберточную бумагу. Борн увидел одежду цвета хаки, две кобуры вместе с поясом и пару фуражек. Бросая все это на стул, француз пояснил: — Это униформа. В кармане у меня и удостоверения личности. Боюсь, я переплюнул тебя, Дельта: годы дают и кое-какие преимущества.

— В этом же ходит полиция в Гонконге!

— В Коулуне, если уж быть точным. У нас есть шанс, Дельта! Потому-то я и не возвращался так долго. Ты же знаешь, система безопасности в аэропорту Кай-Так просто бесподобна. Это-то и нужно самозванцу, чтобы показать, что он лучше, чем был когда-то ты! Конечно, я могу и ошибаться, хотя предложи мне кто пари, я не побоялся бы сделать ставкой свою жизнь. По моему мнению, это — классический пример вызова, бросаемого обществу одержимым идеей маньяком. «Соберите свои силы, а я их разобью!» — вот его девиз. Совершив подобное убийство, мой «воспитанник» вновь воссоздает легенду о том, что его невозможно победить! Это он, я уверен в этом!