— Словом, в голову пришли некоторые мысли, и я решил ими поделиться.

— Я весь внимание.

— В основном они связаны с Доганом. Ты же знаешь, он погиб ровно через год после того, как дал показания в суде.

— Знаю. Сэм рассказывал.

— Вместе с женой старина Джереми взлетел на воздух. По официальной версии, в отопительной системе его дома произошла утечка пропана. Хватило одной искры, чтобы дом превратился в огненный шар. Хоронили супругов в закрытых гробах.

— Печальная история. И что?

— Видишь ли, мы никогда не верили в подобное стечение обстоятельств. Криминалисты обследовали то, что осталось от системы. Доказательств никаких, но спецы пришли к выводу, что газу помогли утечь.

— Как это связано с Сэмом?

— Никак. Это может быть связано с тобой.

— Боюсь, не совсем понимаю.

— У Догана имелся сын. В семьдесят девятом он пошел в армию и оказался в Германии. Летом следующего года Джереми вместе с Сэмом предстал перед судом в Гринвилле, и вскоре стало известно, что он согласился дать показания. История вышла довольно громкой. В октябре восьмидесятого сын Догана ушел в самоволку, там, в Германии. Ушел и исчез. — Леттнер швырнул голубям скорлупки. — Естественно, военные бросились на поиски, но никого не нашли ни через три месяца, ни через год. Доган погиб, так и не выяснив, что случилось с сыном.

— Что же с ним случилось?

— Не знаю. О парне до сих пор ничего не слышно.

— Он мертв?

— Скорее всего. Никаких следов.

— Кто его мог убить?

— Наверное, тот же, кто убил и его родителей.

— Вы пытались установить имя?

— У нас была теория, но отсутствовал подозреваемый. По нашим предположениям, сына украли накануне суда, чтобы предостеречь Джереми. Видимо, Доган знал какие-то секреты.

— Зачем же тогда было взрывать после суда его дом?