– Оставь нас в покое, – буркнул отец Хейли и протянул руку, чтобы закрыть дверь. – Ты уже достаточно навредила.
– Подожди.
Слово было произнесено едва слышно.
– Подожди, – повторила мама Хейли. Она смотрела на Бекку, хрупкая, трепещущая птичка со сломанным крылом.
– Было один раз. Когда она принесла браслет. Хейли еще была в школе, а я занималась своими делами.
У Бекки подпрыгнуло сердце – так собака дергает поводок от волнения.
– Она отдала его вам?
– Нет. – Женщина прищурилась, вспоминая. – Нет, я оставалась внизу. Она поднялась в комнату Хейли и оставила подарочную коробочку на ее подушке. Я помню, что мне это показалось очень милым.
Бекка ухмыльнулась – не смогла сдержаться. Наверное, они решили, что она ненормальная, раз так улыбалась, понимая, что они испытывают.
– Спасибо, – сказала она. – Спасибо. – Она развернулась и поспешно пошла вниз по улице, а они продолжали смотреть ей вслед. Все-таки это не тупик. На самом деле практически все фигуры уже встали на место перед эндшпилем [18].
– Какое это имеет значение? – крикнула миссис Галлагер ей вслед. – Что это меняет?
Бекка не ответила. Вскоре они сами поймут. Для начала ей нужно было это
* * *
Инспектор Беннет не оправдала ее ожиданий. Бекка села в автобус, идущий в город, и около восьми утра уже была возле полицейского участка. Ей пришлось ждать еще пятнадцать минут, прежде чем показалась Беннет. Она шла, держа в руке бумажный стакан с кофе, и выглядела невыспавшейся.
– Ребекка? Что ты здесь делаешь?
– Мне нужно с вами поговорить. Про записи с камер видеонаблюдения.
Детектив растерялась и нахмурилась:
– Зачем? Я сейчас работаю над другим делом. Все материалы уже переданы в прокуратуру.
– Вы просматривали записи только из магазина связи? Вы не видели, как девушка выходила? Не проверяли камеры «Примарка»?