– Джессика Джонс, – говорил Стивен в тоне непринуждённой болтовни, – добрая душа, всевидящее око, сердце и ум. Её отец был одним из близких доверенных лиц Мартина Лютера Кинга, а её брат – первый чернокожий мэр одного города в южных штатах, где тридцать лет назад никакой белый не сел бы рядом с чёрным на одну скамейку в парке. Джессика Джонс – единственная штатная сотрудница Исследовательского общества – и по ней можно проверять часы.
Они сидели втроём на двухспальной кровати в комнате Стивена и Иешуа и поглядывали на настенные часы, стрелка которых только что достигла деления без четверти пять.
– В Нью-Йорке сейчас без четверти десять утра, – продолжал Стивен. – В эту минуту Джессика Джонс входит в старинное здание Общества на 75-й улице. Оттуда, из верхних клубных помещений, обшитых красным деревом, открывается фантастический вид на реку Гудзон. Она только что отперла входную дверь и сейчас вынимает из ящика почту. Потом идёт к лифту, о котором легенда гласит, что он является первым экзаменом на мужество для тех, кто хочет стать членом Общества. И надо видеть этот лифт, чтобы получить представление о том, насколько запущенным может быть лифт вообще. Настоящее испытание для истинных искателей приключений. Мисс Джонс проходит через такое испытание каждое утро.
Перед ним лежал блокнот и шариковая ручка, а кроме того, стопка фотокопий, которые принёс с собой Иешуа. Лежала развёрнутая карта, детально отражающая Храмовую гору и Старый город; жёлтым цветом был отмечен ход туннеля в том виде, в каком его вывел отец Юдифи и Иешуа за долгие годы научной работы, а красным цветом обозначался ход туннеля, каким его обнаружил сонартомограф. Начиная с определённого места – примерно в пятидесяти метрах южнее от стены Храма – обе линии совпадали.
Стрелка часов дошла до следующего деления.
– Без десяти десять, – продолжал свой репортаж Стивен. – Мисс Джонс открывает дверь кабинета, кладёт почту в коробку входящих документов и включает компьютер. После этого она берёт большой кувшин с отстоявшейся водой и идёт с ним по всем помещениям, чтобы полить цветы, в первую очередь экзотические растения в клубных помещениях, – они нуждаются в особо внимательном уходе. Каждое из этих растений привёз какой-нибудь член Общества из дальней экспедиции, есть просто бесценные единичные экземпляры. И одним из талантов мисс Джонс считается то, что в её руках ещё не зачахло ни одно растение.
Он не рассказал им о встрече с Эйзенхардтом. Он не мог сказать, почему. Наверное, потому, что сам ещё толком не знал, как к ней отнестись.