А вот мисс Мун он знал хорошо. Дуэйну было четыре года, когда дядя Арт записал его в библиотеку.

Мисс Мун слегка нахмурилась и покачала головой, глядя на упитанного малыша, стоящего перед ее столом.

– Но у нас совсем немного книжек с картинками, мистер Макбрайд. Мы предпочитаем, чтобы родители… э… наших маленьких читателей пользовались своими абонементами, выбирая книги для малышей.

Дядя Арт ничего не ответил. Вместо этого он взял с полки ближайший том и вручил его четырехлетнему Дуэйну. «Читай», – велел он.

– «Глава первая… Я появляюсь на свет, – читал Дуэйн. – Стану ли я героем повествования о своей собственной жизни, или это место займет кто-нибудь другой – должны показать последующие страницы. Начну рассказ о моей жизни с самого начала и скажу, что я родился в пятницу в двенадцать часов ночи (так мне сообщили, и я этому верю). Было отмечено, что мой первый крик совпал с первым ударом часов…»[84]

– Хорошо, – сказал дядя Арт и вернул книгу на полку.

Мисс Мун еще сильнее нахмурилась и затеребила цепочку от часов, но все-таки выписала абонемент на имя Дуэйна Макбрайда. И в течение многих лет эта карточка была самой ценной из всего, что принадлежало Дуэйну, несмотря на то что мисс Мун всегда относилась к нему с холодностью, порою даже обидной. В конце концов она поставила себе задачей строго следить за тем, чтобы чрезмерно пухлый мальчуган не брал слишком много книг одновременно, и всякий раз, когда он не сдавал книги вовремя, делала ему выговоры. Но, как вскоре выяснилось, Дуэйн задерживал книги не потому, что не успевал прочесть, – нет, он буквально проглатывал всю принесенную стопку в первые же несколько дней после возвращения из библиотеки, но потом ему приходилось подолгу ждать, пока отец снова подбросит его в город.

Когда уже во втором классе Дуэйн увлекся приключениями девушки-детектива Нэнси Дрю, морскими романами Сесила Скотта Форестера[85] и шедеврами Роберта Льюиса Стивенсона, мисс Мун как-то заметила, что книги о Нэнси Дрю – это скорее, как она выразилась, «чтение для девочек», и язвительно осведомилась, нет ли у Дуэйна сестры.

Дуэйн усмехнулся, поправил очки, дерзко протянул: «Не-а-а» – и пересчитал отобранные пять книг, дабы убедиться в том, что не превысил установленную норму. Все они были о Нэнси Дрю. Дочитав эту серию до конца, он открыл для себя Эдгара Райса Берроуза и провел великолепное лето, пересекая степи Барсума[86], джунгли Венеры и с наибольшим наслаждением совершая головокружительные прыжки по «средней террасе» вместе с лордом Грейстоком – знаменитым Тарзаном. Дуэйн не был уверен, что понимает, что такое «средняя терраса», но попытался соорудить нечто подобное в куще приземистых дубов, росших вдоль ручья. Витт, склонив голову набок, удивленно наблюдал, как его хозяин скачет с ветки на ветку и ест, не слезая с дерева.