– Ты очень бледная. С тобой все в порядке?

– Нет. Мне нехорошо. Но это никак не связано с Ричардом.

– Ты больна?

– Возможно.

Хардвик был совершенно сбит с толку.

– А почему ты так уверена насчет Хэммонда?

– Я просто знаю.

Хардвик, как бы ища объяснений, взглянул на Гурни.

Так называемая “комната отдыха” была просторным квадратным залом. Там было место для занятий спортом с силовым тренажером и парой беговых дорожек, киноуголок с плюшевыми пуфами напротив большого экрана, диван и кресла для посиделок с друзьями и обеденный стол с шестью виндзорскими креслами.

Ричард и Джейн сели напротив Дэйва с Мадлен, а Хардвик устроился во главе стола. Все взяли себе с буфета еды и коротко обсудили погоду – жуткую метель. Довольно быстро стало ясно, что никому не хочется больше об этом говорить, и в комнате воцарилось напряженное молчание.

В конце концов Джейн заговорила.

– Я бы хотела узнать… о ходе вашего расследования… Может быть, есть какие-то хорошие новости?

– “Новости” есть, – ответил Гурни. – Мы выяснили, что четыре смерти могут быть связаны с исчезновением мальчика-подростка на севере штата тринадцать лет назад.

Ричард посмотрел на него с любопытством, а Джейн – с недоумением.

Гурни во всех подробностях, полученных от Мо Блумберга и Кимберли Фэллон, пересказал им историю того рокового лета в лагере “Брайтуотер”.

При упоминании вероятной гибели Скотта Фэллона Джейн схватилась за сердце.

– Какой ужас!

Выражение Ричарда была непроницаемым.

– То есть Хоран, Бальзак и Пардоза, все трое в то лето были в “Брайтуотере”?