– Это не он.

Женя смотрит на экран. Сцепил руки.

– Вера… останется там, где сейчас. Так безопасней. Пока Меглин на свободе…

– Он не на свободе.

Женя поворачивается к ней. Не желая объяснять, Есеня выбирается из фургона. Идет прочь.

Сильно пьяный Меглин валяется на полу. Потом, приходя в себя, с трудом поднимается на колени. Оценивает направленные на него дула автоматов охраны. Встречается взглядом с Худым, который стоит позади охранников. Широко улыбается, разводя в стороны руки. Его подхватывают под мышки и рывком ставят на ноги.

Узкая извилистая дорога вьется среди полей и перелесков. Позднее лето, поля убраны, сено скирдовано в аккуратные спрессованные рулоны. По дороге в сереющем рассвете едет небольшой грузовик. Свернув с асфальта, проезжает по грунтовке, потом сворачивает к полю. Машина останавливается. Водитель – крупный мужчина – выходит, открывает задний борт, пропадает из зоны видимости и через минуту появляется, толкая к скирде человека, сидящего в инвалидном кресле. Выталкивает жертву из кресла на землю, а кресло забирает с собой. Возвращается к машине. Достает канистру. Обливает из нее человека. Скирду. Землю вокруг. Отходит. Поджигает зажигалкой газету. Бросает на землю. Упав, она зажигает пламенную дорожку, бегущую по земле к человеку и скирде – через мгновение все вспыхивает.

Глава 13. Пламя – во мраке души моей

Глава 13. Пламя – во мраке души моей

Узкая извилистая дорога вьется среди полей и перелесков. Позднее лето, поля убраны, сено скирдовано в спрессованные рулоны. По дороге в сереющем рассвете едет небольшой грузовик. Свернув с асфальта, проезжает по грунтовке, потом сворачивает к полю. Водитель – крупный мужчина – выходит, открывает задний борт, забирается в машину и пропадает из зоны видимости. Борт опускается вниз, человек вывозит из машины инвалидное кресло, в котором сидит, застыв, голый человек с болезненно белой кожей. За происходящим удивленно наблюдает женщина в наброшенной на голое тело куртке. Поеживаясь, она стоит у небольшой палатки в первых рядах леса, рядом легковая машина. Из приоткрывшегося полога палатки, поеживаясь, выглядывает заспанный мужчина.

– Танюх, ну давай назад, холодно же, е-мое…

– Щас, Володь, погоди…

Ей с ее позиции видно плохо, происходящее частично заслонено фургоном и его открытыми дверцами. Но кое-что разглядеть можно. Водитель выкидывает из кресла человека, достает канистру. Обливает из нее человека. Скирду. Землю вокруг. Отходит. Таня наблюдает за происходящим с нарастающим беспокойством.

– Блин, он че творит?..