Джек только передернул плечами, даже не взглянув не нее.

Смерив его внимательным взглядом, Кейт развернулась и ушла.

Уже через пару часов Фрэнк вернулся, втащив в комнату толстый надувной матрас. Бросив его на пол подальше от Джека, он положил на него матрас Кэрол и ушел. Потом вернулся, неся обогреватель, который подключил к розетке в стене и пододвинул поближе к ложу, которое готовил. Снова ушел и вернулся с чистым постельным бельем и подушкой. Аккуратно расстелив простынь, он надел пододеяльник на толстое стеганное одеяло и наволочку на подушку.

Джек хмуро следил за ним взглядом, но молчал. Тот тоже ни слова не проронил.

Фрэнк снова ушел и вернулся уже с Кэрол, неся ее на руках. Она была в сознании, но без сил. Со свежими бинтами на ранах, в чистой мужской толстовке, мягких шерстяных штанах, тоже, скорее всего мужских, так как были подкатаны на щиколотках, в вязанных пушистых носках, она больше не походила на пленницу, чистая и ухоженная. Он даже волосы ей вымыл и, высушив феном, расчесал.

Осторожно опустив ее на приготовленную постель, Фрэнк поправил подушку и заботливо укрыл ее одеялами.

— Отдыхай, — мягко проговорил он, прикоснувшись ладонью к ее щеке.

Подняв на него глаза, Кэрол ослабевшей рукой отвела его ладонь от своего лица. Губы ее горестно поджались, слегка скривились выдавая ее обиду и неприязнь. Чтобы он ни делал, это не могло заставить ее забыть о том, что он сделал с ней той ночью, когда пришел сюда один. Во всей его заботе она видела только вожделение, поэтому боялась его и ненавидела не меньше, чем Кейт. Пока он обтирал ее тело мокрым полотенцем, смывая грязь и кровь, он все ощупал и облапал. Его ладони скользили по ее телу чаще, чем полотенце. Он даже залез ей между ног, якобы подмывая, и если бы не появилась Кейт, неизвестно, чем бы все закончилось. Кэрол боялась, что он захочет повторить то, что уже однажды с ней сделал, и даже присутствие Джека не сможет этому помешать.

Поэтому она отвернулась от него к стене и закрыла глаза, даже не поблагодарив за проявленную заботу. Обессиленная, она тут же провалилась в тяжелый глубокий сон без сновидений. Она даже не услышала, как звал ее Джек.

Позже Фрэнк разбудил ее, чтобы покормить и напоить лекарствами. Кэрол не противилась, послушно съев горячее рагу с мясом о овощами, запила все обжигающим чаем.

— А меня вы кормить не собираетесь? — донесся до нее голос Джека, и, повернувшись, она посмотрела на него. Он сидел на своем матрасе, скрестив по-турецки ноги.

— Кейт сказала, что ты сможешь утолить свой голод и жажду только после того, как она утолит свой, — бесстрастно отозвался Фрэнк, даже не взглянув в его сторону. — Вечером она зайдет узнать, не решил ли ты стать сговорчивее.