– Но никто не трахает никаких коз, – проинформировал ее в данный момент Виджай.

– Что? – сказала Нэнси.

– Не знаю, как там в Соединенных Штатах – или пусть даже в некоторых сельских районах Индии, – но в Бомбее никто коз не трахает, – заверил ее муж.

– Что? – сказала Нэнси. – Дитер говорил мне, что они трахают коз.

– Нет, это чушь, – отрезал детектив. – Козы – домашние животные. Некоторые, само собой, дают молоко. Полагаю, детям на радость. Но они всего лишь домашние животные, и только.

– Боже, Виджай! – запричитала Нэнси так, что ему пришлось обнять ее. – Значит, Дитер лгал мне! Лгал… а я все эти годы верила в это. Вот урод!

Последнее слово прозвучало так резко, что собака внизу, в переулке, перестала рыться в куче отбросов и залаяла. Потолочный вентилятор над их головой едва шевелил застоявшийся воздух, который, казалось, всегда нес в себе запах засоренных водостоков и дух моря, не особо чистого в их районе.

– Все это было сплошное вранье! – всхлипывала Нэнси.

Виджай продолжал обнимать ее, хотя они рисковали покрыться по́том. Там, где они жили, воздух был недвижим.

Козы были просто домашними животными. Тем не менее сказанное Дитером вот уже двадцать лет вызывало у Нэнси боль – иногда даже физическую. И духота, и вонь канализации, а также тот факт, что, кем бы ни был Рахул, он все еще на свободе, – со всем этим Нэнси смирилась, но свою бездетность, с которой далеко не сразу согласилась, она приняла как долгое и беспощадное поражение.

То, что видит карлик

То, что видит карлик

Было поздно. В то время как Нэнси, поплакав, уснула, а доктор Дарувалла так и не додумался, что вторая прекрасная миссис Догар напоминает ему Рахула, Вайнод отвозил домой из «Мокрого кабаре» одну из экзотических танцовщиц мистера Гарга.

Она была маратхи среднего возраста, у которой было английское имя Мюриэл – не настоящее, а только для экзотических танцев, – и она была расстроена, потому что один из клиентов «Мокрого кабаре» бросил в нее апельсин во время ее танца. Клиентура «Мокрого кабаре» гнусная, решила Мюриэл. Тем не менее она настаивала на том, что мистер Гарг – джентльмен. Узнав, что Мюриэл расстроена инцидентом с апельсином, Гарг лично вызвал Вайнода с его «люкс-такси», чтобы тот отвез ее домой.

Хотя Вайнод одобрял человеколюбивые поползновения мистера Гарга в отношении сбегающих из борделей девочек-проституток, карлик не рискнул бы назвать мистера Гарга джентльменом; возможно, Гарг был больше джентльменом с женщинами среднего возраста. Насчет совсем юных девиц Вайнод этого бы не сказал. Карлик не полностью разделял подозрения доктора Даруваллы насчет мистера Гарга, но Вайнод и Дипа однажды имели дело с маленькой проституткой, которую, похоже, надо было спасать от Гарга. Спасите это маленькое дитя, казалось, говорил мистер Гарг, то есть подразумевая: спасите ее от меня.