– Ах ты, паразит. – Вдобавок ко всему своему возмущению, Илья приложился своей головой об стекло машины.

– Чего такой нервный? – уравновесил Илью, появившийся из-за бокового стекла на который упирался Илья Модест.

– Блин. Напугал. – Рефлексивно дёрнулся Илья, не заметив, как тот приблизился к нему.

– А ты чего здесь делаешь? – поздоровавшись с Ильей, спросил Модест.

– Да вот, выезжали на агитку. – Ответил Илья.

– Да, я тоже иду от той же цели. – Ухмыльнулся Модест, хитро посмотрел на Илью и сказал. – Ну, раз встретились, что мне кажется не случайно, то может тогда, подвезёшь меня.

– Поехали. – Илья распахнул двери автомобиля и слишком уж многозначительно посмотрел на Модеста, без всякого страха садящегося в машину. А чего собственно, ему было бояться кроме дороги, которая, как и всякая другая, имеет свои неровности, ухабы и отрезвляющие вас лежачие полицейские, которые надо заметить, ещё задолго до реформы МВД, были переименованы в полицейских. Видимо их положительный опыт внедрения, был должным образом оценен и взят на карандаш и возможно даже, послужил одним из аргументов за это переименование. Правда, существует и другая версия, в которой говорится, что наши милиционеры, это не то, что полицейские с прогнившего запада и не позволят себе такую унижающую их достоинство лежащую роль и они, не смотря ни на что, всегда крепко стоят на ногах, даже если при этом нимало приняли на грудь в свои выходные, что не скажешь об их западных коллегах, валящихся с ног, после какого-то пива.

Но ещё при этом говорят, что именно наши дороги вмещают на себе наибольшее количество неадекватов, которые если что, готовы не стесняясь в выражениях и тем более в действиях, продемонстрировать то, на что они даже очень способны. Что, верно лишь отчасти, и по сути, имеет свою зиждущуюся на религиозности подоплёку. Так беспримерная тяга нашего человека к справедливости, для которого в борьбе за её торжество нет места для сантиментов, и ради которой, он готов пожертвовать собой и пойти, уже по мнению тех, чья сторона доказательно оказалась по другую сторону справедливости – в рядах потерпевших, ещё на большую несправедливость.

А ведь главная закавыка состоит в том, что, как правило, каждый автомобилист в отдельности – очень душевный, со своим правом на ошибки человек, когда как вся внешняя среда, та, которая находится за пределами его автомобиля, есть бездушная эфемерность, не имеющая право на то, на что имеет право лицо одушевленное. И поэтому бездушность, однозначно должна выполнять установленные правила, иначе, куда может скатиться этот мир и так бездушно давящий на вас. Но к вашему удивлению, почти что каждый, кто находиться вне вашего автомобиля, как оказывается, имеет практически такое же по отношению ко всему и в частности к вам мнение, спеша на кулаках выказать его прямо вам в лобовое стекло.