– Конечно, ваша честь. – Майкл не открывал взгляда от глаз Колливера. – Прошу прощения за предположения, что ваши действия делают вас стукачом. Это уже присяжным решать, кто вы.

– Мистер Девлин! Мистер Колливер не подсудимый.

В этот раз голос судьи Левитта поднялся чуть не до крика. Не обращая внимания, Майкл продолжил:

– Мистер Колливер, вы утверждаете перед лицом присяжных, что с самого начала прекрасно знали, кто убил братьев Голлоуэев, даже увезли убийц с места преступления, но тем не менее умолчали об этом на допросе после вашего ареста.

– Да. Да, так и было.

– Объясняя это тем, что вы не стукач.

– Точно.

– Но это не может быть правдой, верно, мистер Колливер?

Майкл подался вперед. Опершись скрещенными руками на деревянную кафедру. Свой вопрос он задал так, будто они просто беседовали. Этот тон вызвал растерянность в глазах Колливера.

– Не въеду, о чем речь.

– Позвольте объяснить, мистер Колливер. Вас арестовали по подозрению в убийстве. Вам грозили крупные неприятности. Пожизненное заключение. Однако вы не заговорили. Но потом, несколько месяцев спустя, рассказали полицейским все, что знали. Правильно?

– Да.

– Но ничего ведь не изменилось? Когда вы решили рассказать все полиции – сдать им Даррена О’Дрисколла и Саймона Кэша, – ваше положение было абсолютно таким же. Против вас выдвигались те же обвинения. Вам грозил тот же приговор.

– И что?

– И что? И что, мистер Колливер? Не улавливаете мою мысль? Вы сказали, что промолчали на допросе, потому что не стукач. Но потом все равно все рассказали, хотя ничего не изменилось. То есть ваше изначальное молчание нельзя объяснить тем, что вы, как утверждаете, не стукач. Правильно? Потому что в конце концов вы все рассказали. Все, что изменилось, – это время, остававшееся до вашего процесса.

– Че ты от меня хочешь? – в непритворном замешательстве спросил Колливер.

– Я хочу, чтобы вы ответили на мой изначальный вопрос. Вы могли все рассказать полиции во время допроса. Если, конечно, то, что вы поведали присяжным, правда. Но вместо этого вы отказались отвечать на вопросы. Почему, мистер Колливер? И не говорите, что вы не стукач, потому что мы только что установили, что это не может быть причиной.

Колливер поколебался. В отличие от Коула, Майкл не делал ему поблажек. Впервые он задумался, прежде чем отвечать.

– По ходу… по ходу, когда меня допрашивали, я не думал, что мне предъявят обвинение.

Майкл увидел в глазах Колливера улыбку. Несмотря на невозмутимое выражение лица, она его выдала. Майкл понял, что она означала. Колливер отлично выкрутился.