– Они еще были там, когда приехали твои ребята? – спросил Майкл.

Леви заняла предложенный табурет. Майкл сел обратно.

– Они не скоро еще смогли бы куда-то уйти, – ответила Леви. – Ты нанес им довольно серьезные повреждения, Майкл.

– У меня не было выбора. Трое против одного. Все мои действия были оправданны.

– Не нужно выгораживать себя передо мной, адвокат. – Леви поймала взгляд бармена и знаком велела ему подойти. – Никто не утверждает, что твои действия были незаконны.

Леви указала на стакан Майкла и спросила, что в нем. Майкл ответил. Леви повернулась к бармену.

– Еще два, пожалуйста.

Потом снова к Майклу.

– Я имела в виду только то, что тебе чертовски повезло, что на тебя напали О’Дрисколл с его тупыми дружками. По крайней мере, от них знаешь, чего ожидать. А вдруг бы это был Хёрст?

– Хёрст не стал показываться бы в общественном месте, – ответил Майкл. – Благодаря тебе его лицо теперь во всех новостях. Да если бы даже он стоял рядом с папой римским, его все равно бы узнали первым.

Майкл не знал, купилась ли Леви на его беззаботные слова. Сам он в них не верил и сожалел лишь о том, что среди нападающих Хёрста не было.

– Это не значит, что ты в безопасности, – ответила Леви. – Он безжалостный сукин сын. И он не остановится, пока не найдет способ добраться до тебя.

Майкл сделал глоток, допивая остававшийся в стакане виски. Как раз к тому моменту, как бармен вернулся с еще двумя стаканами. Майкл посмотрел на Леви.

– Соболезную по поводу того, что случилось с инспектором Хейлом, – сказал он, меняя тему. – Я видел, как вы близки.

– Да, были. Стив был хорошим человеком. И отличным другом. – Леви подняла стакан и протянула руку в сторону Майкла. – Как говорят в Ирландии? Сланче?

– Почти. – Майкл поднял свой стакан. Коснулся им стакана Леви. – Лехаим. За Стивена Хейла, упокой господь его душу.

– Спасибо. Правда спасибо.

Леви отхлебнула виски. Потом сделала второй глоток – побольше, – прежде чем поставить стакан обратно на стол. Казалось, она собирается с духом, чтобы что-то сказать, и, когда наконец заговорила, на ее лице отразилось облегчение.

– Майкл, я не собираюсь арестовывать тебя за то, что случилось во время суда над Хёрстом.

– Что? – Это было последнее, что Майкл ожидал услышать. – Почему?