Он был на полпути, когда его осенило.

Круто развернувшись на пятках, он бросился к стене и посмотрел на вырезки. Он уже поискал в них упоминания Говарда Томпсона. Что-то, что могло бы оправдать стрельбу в него. И при этом он упустил очевидное.

Дэмпси пересмотрел вырезки свежим взглядом. Репортаж за репортажем. Одно и то же имя фигурировало в каждой статье, которая не имела прямого отношения к терроризму. Дэмпси наконец-то увидел узор. Выборка Макгейла касалась терактов и Нила Матьюсона. Не потому, что он был одержим двумя разными предметами, а потому, что рассматривал их как единое целое, внутренне и неразрывно связанное. Осознание этого как громом поразило Дэмпси.

Разведка ошиблась. Полученные перед мероприятием угрозы были неверны. Принятие ИРА ответственности за совершенное – фикцией.

Кем бы ни был Стэнтон, он стоял не за неудачной попыткой покушения на Говарда Томпсона. Нет. Стэнтон стоял за абсолютно успешным убийством сэра Нила Матьюсона.

И Дэмпси собирался выяснить почему.

Пятьдесят девять

Пятьдесят девять

Джошуа сидел один за маленьким столиком в баре отеля «Европа». Перед ним стояла нетронутая тарелочка с жаренными в меду орехами. В руке он сжимал большую порцию самого дорогого из имевшихся тут виски.

Как всегда бдительный, Джошуа не давал своим глазам ни секунды отдыха. Изучал обстановку. Оценивал других посетителей. Его превосходные умения не требовались, чтобы определить, кем те были. В основном это были постояльцы, остановившиеся тут по делам. Мужчины и женщины, чья жизнь не интересовала Джошуа. Парочка других не подпадали под эту категорию. Их он изучал немного дольше (секунду или две), однако быстро убедился, что ему ничего не угрожает, и только после этого сел. Постоянная бдительность была привычкой, которую нелегко побороть.

– Ждешь кого-нибудь, милый?

Джошуа посмотрел вверх, на высокую женщину, стоящую в нескольких шагах. Она подошла с другой стороны бара, и Джошуа с ходу определил ее намерения. Задания по всему миру часто сталкивали его с женщинами ее профессии. Он был знаком с отличительными чертами.

Джошуа примерял в своей жизни много ролей. Среди прочего – мужа с двадцатипятилетним стажем и отца мальчика, которому исполнился двадцать один год. За все это время он частенько поддавался чарам этих женщин. Это были бессмысленные развлечения, чтобы заполнить пустые часы, и одно из многих его сожалений.

– Не интересует.

Слова положили конец ее попыткам. Она открыла рот, чтобы ответить, но передумала, развернулась и вышла из бара. Наверное, слишком много отказов для одного вечера.