“Лучше пусть я стану такой же при помощи Тристана, а не из-за кого-то другого”, – только эта мысль и заставляла меня продолжать выжимать педаль газа до упора. Только эта мысль: “Пусть меня уничтожит Тристан, но не кто-то другой”.

Испугавшиеся дети попрятались под задним сиденьем и дико кричали, что буквально сводило меня с ума. Я вдруг отчётливо начала испытывать чувство дежавю. Ещё шесть дней назад я переживала похожую ситуацию на норвежско-шведской границе. Тогда мы прорвались, чтобы теперь оказаться здесь, а сейчас… А сейчас…

Как и в Швеции, эта толпа тоже не оказалась бесконечной и тоже закончилась, мы выехали из неё, но… Около десятка Блуждающих остались в нашем прицепе… Они пытались разбить заднее окно и почти разбили его… Я резко затормозила, чтобы они отвалились назад, но не затормозила до конца… Как только я вновь нажала на газ, Блуждающий, о котором я не догадывалась, который, оказывается, всё это время был на крыше, свалился вперёд и… Я наехала на него… Из-за этого машину повело влево… Я даже не успела понять, что именно произошло… Перед глазами запрыгали красные цифры: 21:23…

Пока нас переворачивало в кювете, я думала лишь о том, что сейчас 21:23, что сумерки сгустились рано, а ночь наступила быстро…

Лишь когда машину перестало ворочать, я поняла, что нас перевернуло ровно пять раз… Что подушки безопасности не сработали… Что у меня почему-то болит голова слева, рядом со лбом… Что там, где болит, разлилась горечь… Это была кровь…

Меня вдруг ослепило… Яркая вспышка на несколько секунд лишила меня зрения… А потом я увидела толпу Блуждающих… Они все бежали… Но из-за того, что я была перевёрнута, мне казалось, что они бегут не на нас, а от нас…

Я поняла, что отключаюсь, потому что попыталась уточнить у Спиро, Тринидад и Клэр, живы ли они, но вместо вопроса из моего горла вырвался жалобный стон, тяжёлый, как литая сталь… Я не слышала их… Не слышала детей… Слышала только глушащий все звуки звон в ушах…

Вдруг на одно короткое мгновение я увидела лицо Тристана: он находился в бессознательном состоянии… Его грудь была перепачкана в вязкую жидкость стального цвета… Из её центра торчал большой и неровный осколок стекла…

Я заплакала, но и этого не услышала… Почувствовала только сильные толчки… Они раскачивали машину… Блуждающие уже были здесь, они достигли нашей машины… Они начали попытки выковырять нас из помятого кузова, словно мы были консервой: рыбой в жестяной банке… Я знала, что они достанут нас… Но уже не боялась… Потому что больнее они мне уже не сделают… Никто не сделает…