– Нет, только после меня. У Кармелиты есть дети, а у тебя не осталось никого. Так что назначаю тебя главнее сестры.
Он говорил совершенно серьёзно и смотрел мне прямо в глаза, я же, кажется, большей неловкости в своей жизни не испытывала. Во-первых, мне было до слёз приятно осознавать, что кто-то понял мою личную трагедию столь глубоко, а во-вторых, это было как-то слишком… Надеясь на то, что в этой комнате свет достаточно приглушенный, чтобы мой собеседник не заметил, как краска начинает постепенно подступать к моему лицу, я, не зная куда себя деть, вернулась к своему бокалу и, сама того не ожидая, осушила его весь. Когда я расправилась со своей порцией и заметила, что Беорегард продолжает неотрывно наблюдать за мной, он резко опрокинул содержимое своего бокала в себя и, взявшись за бутылку, разлил остатки между нашими бокалами, плеснув мне чуть меньше, чем себе.
– Ты ведь не серьёзно о том, что хотела бы снова оказаться по ту сторону стены? – невозмутимо продолжил неожиданно заглохший диалог он. – Потому что если ты это серьёзно, значит в твоей голове всерьёз поселились суицидальные мысли и мне стоит насторожиться, а значит более пристально наблюдать за тобой.
– Пффф… – я не выдержала и расплылась в улыбке. – Ты не сможешь за мной пристально наблюдать – ты весь в своей работе.
– У меня всё ещё сохранились наручники, от которых я тебя освободил – пристегну к себе и буду таскать по всему Руднику: на стену и со стены, и снова на стену, и снова со стены.
То ли виски делал своё дело, то ли я устала быть сердитой, но мы уже вовсю улыбались друг другу и, кажется, я даже немного порозовела.
Мы сделали по ещё одному глотку, и вдруг Беорегард заговорил серьёзным тоном:
– Ты должна знать кое-что. – Я сразу же посмотрела в сторону своего собеседника, и моя улыбка постепенно начала таять, потому что я знала, что раз он перешёл на такой тон, значит я должна буду сейчас услышать действительно нечто важное. – Я хотел, чтобы вы все были здесь вовремя. Вас здесь не было не из-за того, что я замешкал, а из-за того, что вы отказались.
– Не понимаю… – мои брови интуитивно сдвинулись.
– Я не предлагал тебе лично, поэтому ты не понимаешь. За тебя отказалась твоя семья.
– Объясни, – напряжение внутри меня пугающе быстро возрастало.
– Я построил для каждого из вас отдельный дом: для Рэймонда с Кармелитой, для твоих родителей и для тебя.
– Подожди-подожди… Ты построил в Руднике дом