Сандрина рассказала и о Матиасе — о том, что это она заботилась о нем. Если спросить школьных учителей, классную руководительницу, аниматоров в детском центре, то все они подтвердят, что с тех пор, как она поселилась у господина Ланглуа, они ни разу не видели отца Матиаса. Господин Ланглуа понятия не имеет, какие игрушки любит его сын, какие пижамы предпочитает. Он никогда не купает его. Не обнимает и не целует. Не разговаривает с ним.

Она выложила все как есть, рассказала обо всем без утайки, потому что делала это не для себя. Для Каролины — сказала она. Сандрина многое делает для других.

Когда они покидали комиссариат, Лиза попросила: «Сандрина, как только вы будете готовы написать заявление, дайте мне знать». Но Сандрина боится. Лиза говорит ей: «Это официальный документ, Сандрина, и он очень-очень важен. Если что-то случится и вы не сможете меня вызвать, понадобится свидетельство, что эта история не о том, как муж сгоряча стукнул жену». Она объяснила Сандрине, что некоторые полицейские говорят: да это всего лишь внутрисемейная разборка, и ради нее не стоит выезжать на вызов. Однако есть женщины, которые погибают из-за того, что помощь им не приходит. Все это Сандрина теперь знает. И еще она поняла, что в один не самый лучший день все закончится, в том смысле, что Лиза и ее коллега не смогут до бесконечности дежурить у дома Маркесов, а сама она не сможет навсегда поселиться в их доме. И она решилась сделать этот шаг, который для нее весил не меньше тонны: она подала заявление и очень гордится этим. Но по ночам, прислушиваясь к дыханию Пикассо, она сожалеет и говорит себе, что это опасно, что, может быть, зря она все это написала.

У нее новый телефон. Для нее это облегчение. В первые дни она с дрожью поглядывала на него — боялась, что господин Ланглуа узнает ее номер. Каролина поняла ее и сказала:

— Нет. Он знает далеко не все, и далеко не все ему подвластно.

Сандрина не получает никаких сообщений. Ее телефон молчит. В первые дни она умирала от тревоги — боялась, что сейчас раздастся звонок на городской телефон, который ему хорошо известен, и ей снова придется услышать голос господина Ланглуа или, что гораздо, гораздо хуже, голос мужчины, который плачет. Что с ней будет, если позвонит мужчина, который плачет? Но городской телефон тоже молчал.

Господин Ланглуа залег на дно, его нигде не видно. Он не торчит рядом с работой Сандрины. Не показывается в квартале, где живут Маркесы. Не караулит у школы после окончания уроков у Матиуса. Никому не звонит. С первого дня после ухода Сандрины полицейские дежурят у его дома — господин Ланглуа утром исправно уезжает на работу, а вечером возвращается.