– В том-то и загвоздка, – вздохнул Феликс. – Телефон Ильи Бархина был выключен девятого июля и вновь включился только вчера.

* * *

– Что-то ты сегодня рано, – улыбнулся Антон усевшемуся за стойку Мартынову. – Трубы горят после вчерашнего?

Пятничный вечер у многих проходил бурно, и хотя участковый вчера не появлялся, бармен предположил, что он провёл последний рабочий день недели приятно для себя, но неприятно для организма.

– Не горят, просто проголодался. – На улыбку участковый ответил улыбкой и поёрзал, удобнее устраиваясь на высоком табурете. – Завтраки у вас есть?

– Ты же знаешь, что нет.

– Тогда только кофе.

– Сделать тебе бутерброд?

– Нет.

– Тогда зачем спросил про завтрак?

– Ну…

Продолжить Мартынов не успел.

– Поговорить зашёл? – спросил Антон, выставляя чашку с кофе.

– Да, – признался участковый.

– Я так и понял.

– Но не сразу.

– Сразу.

Несколько мгновений Мартынов размышлял, стоит ли продолжать спор, потом решил, что нет – бармен мог обидеться, и сдался:

– Понял, потому что я слишком рано пришёл?

– И слишком рано, и лицо не удержал. Как в дверях появился, сразу стало ясно, что по делу.