Она помнила каждую черточку, чернильное пятно, загнутый уголок. Любила водить пальцем по пустым страницам в конце, оставленным специально для того, чтобы написать собственную историю. На форзаце – поблекшие строки, выведенные знакомым папиным почерком: «
Он умер через несколько лет после того, как написал эти строки, и тогда Эсте стало ясно, что он все понял неправильно. Его похоронили на одном из ничем не примечательных кладбищ недалеко от их маленького синего домика в Пасо-Роблес, и он останется там навсегда, сколько бы любви она ни посылала ему из самого сердца.
Некоторое время Эсте отчаянно пыталась поверить в существование призраков, мечтала получить шанс увидеть папино лицо или хотя бы услышать голос. Она вглядывалась в появляющиеся с темнотой тени. Все это напоминало расчесывание заживающих ран. В какой-то момент ей все же пришлось оставить попытки. Привидений не существует, иначе она бы давно их увидела.
Эсте была рада уже тому, что может касаться тех вещей, что и он, и таким способом ощущать его присутствие. Аппаратура Пози издала звук, похожий на крик бездомного кота, увидевшего мышь.
– Хьюстон, у нас привидение!
– Мне так кажется, – осмелилась заметить Эсте, наблюдая, как Пози крутит сканером в поисках источника, – что из мертвых здесь только батарейки.
– Если ты меня слышишь, пошли нам знак. – Пози забралась на кровать Эсте и вытянула руку со сканером к потолку. Так мама искала сеть в пустынной местности. – Тебе не кажется, что в комнате стало прохладнее? Температура явно падает.
Где-то дальше по коридору хлопнула дверь, брови Пози поползли вверх, но Эсте лишь покачала головой. Впрочем, надо отдать Пози должное – она была более чем настойчива.
– Сегодня день заезда, – напомнила Эсте и перелистнула несколько страниц. – Мы не в сериале «Призрак дома на холме»[3].
Пози с шумом спрыгнула на пол, поднесла детектор к двери кладовки, затем к узкому окну с одной створкой и, наконец, к письменному столу. Эсте потянулась, подлезла под руку упрямой соседки и положила книгу рядом с фотографиями.
– Это точно? – Пози склонила голову, чтобы не пропустить знаки гостя из потустороннего мира. – Мне кажется, больше похоже…
В следующую секунду раздался стук в дверь, Пози с визгом отпрянула назад и врезалась спиной в стол. Фоторамка на столешнице подозрительно качнулась и полетела на пол. Все произошло буквально в одно мгновение. И вот уже пол усыпан тысячами осколков.
Голос Пози доносился откуда-то издалека, хотя она присела на корточки рядом.
– Эсте, прости, я ничего такого не хотела.
Нетерпеливый визитер постучал вновь.
– Иди, – процедила Эсте.
– Может, я помогу все собрать и сделать как было?
На глаза навернулись жгучие слезы. Нет, она не позволит Пози их увидеть.
– Пожалуйста, открой дверь, – произнесла Эсте, изо всех сил стараясь не выдать интонацией душевную боль.
На этот раз Пози кивнула. Дверь распахнулась, и Эсте услышала голос, показавшийся смутно знакомым. Вероятно, доктор Кирк – учитель истории и по совместительству комендант общежития – пришла напомнить об окончании часов посещения. Эсте сдавленно перевела дыхание и оглядела обломки, оценивая ущерб.
Стекло разбито вдребезги, осколки разлетелись по половицам, одна рамка ударилась о плинтус и треснула, задняя стенка отлетела к ножке стола, а сама конструкция сломалась пополам. Эсте взяла в руки одну рамку и прижала палец к тому месту, где откололся уголок и обнажил срез некрашеного дерева. К счастью, фотография не пострадала. Эсте и ее папа все еще улыбались, застыли в том времени возле городской библиотеки Пасо-Роблес. Спокойные и не подозревающие о том, что ждет их в будущем.
Эсте смела осколки в кучку у стены. Подождут. Принялась доставать фотографии из рамок, взялась за одну подложку и удивилась ее тяжести. Через мгновение все стало ясно. С внутренней стороны к ней был приклеен большой латунный ключ с намотанным на него кожаным шнуром.
Сердце Эсте подпрыгнуло к самому горлу. Во-первых, что это за ключ? А во-вторых, как он оказался в рамке с ее фотографиями, а также, что гораздо важнее, зачем он там оказался?
– Все в порядке? – поинтересовалась Пози, вернувшаяся слишком быстро.
Эсте поспешила встать и ударилась головой о столешницу.
– Лучше всех, – ответила она слишком быстро и слишком весело.
Затем положила заднюю стенку рамки на стол, надеясь, что такое поведение не вызывает подозрений. В рамке случайно обнаружился ключ. Черт, можно ли это считать случайностью?
– Вот. Думаю, пригодится. – Пози стояла на пороге с метелкой и совком для мусора. На веснушчатом лице – выражение крайнего смущения, как у вампира из телешоу, надеющегося получить разрешение войти. А это означало, что всего через пятнадцать минут после знакомства Эсте умудрилась испортить отношения с соседкой, что уже не раз случалось с ней раньше.
Пози открыла рот, будто собиралась что-то сказать: опять извиниться, признать ошибку или попытаться убедить, что это пустяк? Потом передумала, промолчала, пожала плечами и сообщила:
– Доктор Кирк проводит экскурсию по общежитию, встречаемся в холле через десять минут.
Эсте ответила своей самой очаровательной фальшивой улыбкой. Этого оказалось достаточно, чтобы убедить Пози исчезнуть. Она бросила на Эсте прощальный взгляд и закрыла за собой дверь. Тогда Эсте оторвала приклеенный ключ и повертела в руках.
Осторожно размотала кожаный шнурок и рассмотрела находку внимательнее. Такие ключи обычно открывают двери, которые не должны быть открыты. Головка ключа представляла собой цветок из металла весьма искусной работы, в одном из лепестков было отверстие, через которое был продет шнур.
Эсте еще раз посмотрела на фотографию, сделанную в библиотеке Пасо-Роблес. Он часто говорил, что она его любимая. Два одинаково улыбающихся лица в месте, дорогом обоим. Теперь она знала почему. Она повесила шнурок на шею, и отцовский латунный ключ прижался к ее сердцу. Как будто это было его место. Как будто он принадлежал ей.
Она все выяснит, чего бы это ни стоило.
В коридоре было тихо, ученики собрались внизу, в холле. Эсте понимала, что должна быть там, что не может позволить себе произвести плохое впечатление и изменить семейную традицию, начатую отцом. К тому же разве можно отказываться от возможности получить образование бесплатно? И носить водолазки, сколько пожелаешь?
Эсте пробежала по коридору Веспертин-холла, устланному ковровым покрытием, затем вниз по лестнице из кедра и, наконец, оказалась в холле. К тому времени почти все уже вышли на улицу. Кирпичные стены особняка были пропитаны теплом полуденного солнца, местами закрыты горизонтальным можжевельником и цветущей жимолостью. Студенты прижимали к груди стопки книг, крепко держали в руках дымящиеся кружки с кофе и перешептывались друг с другом на садовых скамейках. Плывущие по небу облака скрыли, наконец, жаркое солнце, даже подул легкий ветерок, принесший свежесть из зеленой рощицы. Эсте казалось, что она могла бы часами бродить между черно-белых берез и болиголова.
Впереди, за спиной доктора Кирк, раскачивался «конский хвост» цвета жженой охры – это была Пози. Вскоре их группа человек из сорока вошла в двери Мемориальной библиотеки «Лилит» – жемчужины школы Рэдклифф.
Эсте ахнула при виде готического нервюрного свода и гаргулий. Стены были усеяны окнами. Взгляд Эсте привлек парень, сидевший у одного из них, в тени клена. Он закатал рукава своей мятой рубашки, а завитки черных волос падали на лоб и были похожи на чернильные разводы.
Должно быть, он из старшего класса, раз не идет сейчас за доктором Кирк и не слушает ее рассказ о школе. Внезапно парень оторвался от лежащей на коленях тетради, поднял голову и обернулся. Эсте не понимала, почему не может отвести от него взгляд.
– Эсте, – крикнула идущая далеко впереди Пози, – я принесла для тебя считыватель магнитного поля!
Соседка отделилась от остальной группы и направилась в ее сторону. В руке девушка сжимала одну из тех штуковин с журнального столика. Теперь на ней был жилет, вроде тех, что носят рыболовы, со множеством карманов, всевозможных нашивок и эмалевых значков. Сканер потрескивал при каждом ее шаге.
Да уж. Это приглашение к исследованию паранормальных явлений очень кстати.
И все же Эсте заставила себя улыбнуться.
– Я не умею этим пользоваться. Лучше пусть останется у тебя.
– Ну как знаешь. – Пози навела прибор на внешнюю стену «Лилит». Раздался пронзительный звон. – Я же говорила тебе, что это место кишит привидениями.
Эсте еще раз посмотрела на оконные ниши и опять увидела темноволосого парня. Он уже закрыл тетрадь и с ухмылкой на лице наблюдал за устроенным Пози спектаклем.
А потом внезапно подмигнул. Ей!
Щеки вспыхнули, и вовсе не из-за того, что облака внезапно обнажили вечернее солнце. Интересно, можно ли умереть от смущения?
Когда Эсте все же осмелилась взглянуть на место у окна, парень уже исчез. Ушел читать Пруста, или размышлять над идеями Ницше, или зачем-то еще, неизвестно ведь, как парни в частной школе проводят время.